Книга Вик Разрушитель 11, страница 144 – Валерий Гуминский

Меня волновал один момент: как отнесутся таможенники к находящимся в спецвагоне инженеру и техникам. Мог возникнуть вопрос, зачем вообще инженерная команда едет в Стокгольм. Но никакой задержки не возникло. Судя по тому, что проверяющие спокойно перешли в следующий вагон, неприятных сюрпризов удалось избежать.

Через несколько минут к нам в купе заявился Матвеев.

— На той стороне к поезду прицепят эскорт-вагон с «хирдманами», — зачем-то оповестил куратор дальнейшие планы руководства состава. — Дальше вместе поедем.

— А кто такие хирдманы? — полюбопытствовал Данька, размешивая в стакане с чаем кубики сахара-рафинада.

— Личная гвардия короля Харальда, — пояснил Матвеев. — Будут сопровождать экспресс до Стокгольма, и при случае — защищать.

— Кондрат Васильевич, а вы как думаете, нападение мятежников возможно? — поинтересовался я. — Всё-таки через не самую спокойную территорию едем.

— Железная дорога взята под особый контроль, — со свойственной ему уверенностью ответил родственник Великого князя Бориса Ивановича. — Лутошин сказал, что помимо эскорт-вагона впереди пойдёт локомотив. Его задача — проверить путь на случай минирования.

— Людей жалко, если произойдёт подрыв, — заметил Данька.

— Там не будет людей, — хмыкнул Матвеев. — Локомотив пойдёт на автопилоте, с управлением из диспетчерской. Неужели думаете, что король пустит на самотёк ситуацию?

Я думал как раз наоборот. Харальд Свирепый из кожи вон вылезет, но обеспечит безопасность пассажирскогопоезда любой ценой. Вплоть до того, что насытит небо и землю авиацией и армией. Местным жителям это не понравится, но кто их спрашивать будет? Они и так замарались в мятеже.

— На богов надейся, а сам не плошай, — Данька решил поиграть в умудрённого жизнью старейшину.

— Вы не доверяете конвою Рода Булгаковых, императорской охране, королевским хирдманам? — с насмешкой спросил Матвеев, на что Захарьин смутился и покрутил головой, словно отказывался от своих слов. — Не бойтесь, молодые люди. Завтра уже будем в Стокгольме.

Он вышел из купе, а я с укоризной посмотрел на Даню.

— Ты только что поставил нас в положение трусливых кроликов.

— А чего я такого сказал? — одноклассник покосился на закрытую дверь. — Это же народная мудрость.

— Этот напыщенный индюк теперь будет думать, что моя свита — кучка перепуганных детей.

— Да пусть думает, что хочет. Зато нападение для нас не станет неожиданностью. Ну… если мятежники всё же осмелятся.

Я махнул рукой. Чего гадать зазря? Но девчат надо предупредить, подготовить к возможному сценарию.

— А почему, интересно, связь не вырубают? — хмыкнул Данька, уткнувшись в телефон. — Глобальная Сеть работает.

— Не знаю, — я пожал плечами. Логика спецслужб Скандии неподвластна моей аналитике. Может быть, Харальд боится, что глушение радиочастот, магических и обычных каналов связи изолирует зону, по которой идёт поезд. Тогда никто не будет знать, что вообще происходит. Но в этом случае противник сам может заглушить любую связь.

— Слушай, Андрюха, — Данька помялся и отодвинул от себя телефон. — Давно хотел с тобой поговорить откровенно, да всё обстоятельства мешали.

— О Нине? — догадался я, покачиваясь в такт движения вагона.

— У тебя с ней серьёзно? В последнее время наблюдаю, что сеструха сама не своя стала. Как дурочка влюблённая по дому бродит, слоняется. А то вдруг без причины начинает улыбаться. Как будто не в себе. Спросишь её о чём-нибудь, отвечает невпопад, — разгорячился Захарьин. — Ты мой друг, Андрюха, но морочить голову Нинке не позволю.