Онлайн книга «Капкан Бешеного»
|
Бог бережёт только очень бережёного!.. Чтобы выжить рядом с взбесившимся бандитом, не вредно и не зазорно и самому поберечься... Приняв душ и торопливо выпив кофе, Змей уселся за кухонный стол с листком бумаги и карандашом. Ещё по дороге из Ярославля он решил составить схему — для пущей наглядности... Точкой отсчёта была ликвидация сабуровского мафиозного сообщества... Артём начертил на листке кружок и вписал в него буквы: «АЗ» — Артём-Змей. Для стопроцентно успешной ликвидации следовало закончить подготовку информационных баз данных и на очередной встрече с Прокуратором передать ему дискеты и компакт-диски с записями. Рядом с кружочком появился квадратик, и Артем аккуратно вписал в него букву «П»... Однако завершить подготовку информации, а тем более встретиться с руководителем столь сильно засекреченной структуры, какой являлась ССК, Змей пока не имел возможности: за ним по всему полю охотился Кактус. Фалалеев, впрочем, не мог просто так завалить бывшего лидера. Чтобы безболезненно вписаться в роль «разоблачи-теля» и в результате занять место Баринова, требовался серьёзный, убойный по своей силе повод... Конечно, крушение самолёта можно было бы запросто списать на единственного выжившего Змея. Повод был неслабый, но при всём притом прямых улик в причастности Артема к диверсии Кактус не имел, их просто не существовало. К тому же в случае предъявления подобной претензии Змей мог запросто связаться с екатеринбургским Шницелем, и тот наверняка подтвердил бы «правильность» поведения московского гостя. Таким образом, единственным реальным козырем для Фалалеева явились бы злополучные записи, сделанные на Рязанском шоссе... Карандаш стремительно летал по бумаге: между кружочком с аббревиатурой ССК и квадратиком с буквой«П» появился эллипс с вписанной в него буквой «Ф» — «Фалалеев». Под вызывающей, как подбоченившийся нахал, буквой «Ф»: Змей поставил знак вопроса и обвёл его жирной чертой. Соединив все значки стрелочками, Артём получил логическую цепочку, своего рода схему собственного положения, которая и должна была стать руководством к действию... Ситуация вырисовывалась с выпуклостью голографического снимка. В последнем акте этого запутанного спектакля: Змея необходимо вновь предстать в образе безусловного лидера сабуровских — именно эта роль при его ликвидации дала бы стопроцентный эффект. Единственным препятствием оставался Кактус... Но пока было неясно: имеет он на руках те записи или не имеет? Баринов всё-таки склонялся к мысли, что записей у Фалалеева пока нет. И были у него на то свои причины: ранение следящего, значительный временной отрезок между памятной встречей на Рязанском шоссе и сегодняшним днём... Но ведь те проклятые записи существуют в природе! И пока они где-то лежат, пусть даже лежат мёртвым грузом, Змей не может чувствовать себя спокойно. Эти записи для него как мина замедленного действия... Артём ещё раз обвёл знак вопроса карандашом — безусловно, это было самое слабое звено в построении... Но теперь уже стало очевидным: самое слабое, оно и самое связующе звено... Когда-то, ещё в Краснознаменной Высшей школе КГБ, знаменитой «вышке», курсант Баринов А. В. изучал один из многочисленных меморандумов службы государственной безопасности Израиля «Шин–Бет»... |