Онлайн книга «Капкан Бешеного»
|
— Но кто, же в этом случае играет за чёрных? — спросил генерал Богомолов: «Уж не вы ли?»— чуть не вырвалось у него, и собеседник как будто понял эту недомолвку. — Неважно, кто за кого играет, важно, что белые всегда начинают и выигрывают, — последовал ответ, который он давал ранее. — Но ведь сабуровские идут к власти по трупам... Кровь, страдания, жертвы... — В жизни, как и в шахматах, главное — красота и нестандартность мышления!.. — Прокуратор не просто купался в своих выводах, а высказывался прямолинейно и довольно жёстко: — Без потерь, к сожалению, не достичь ни того, ни другого. Помните, что я сказал вам ранее? Жертвы требуют тонкого искусства. Но главное — всё-таки конечный результат: чёрные всегда в проигрыше, и белые всегда ставят им мат!.. Или я не прав, Константин Иванович?.. — Мне трудно рассуждать о правилах игры, когда я не знаю о том, за кого мне придётся играть впоследствии: за чёрные фигуры или за белые. — Богомолов сознательно пошёл во-банк, сделав столь опасный выпад в надежде, что его собеседник хоть чем-то себя выдаст. — Я уверен, дорогой Константин Иванович, что ваш опыт и имеющаяся информация неминуемо подскажут вам единственно правильное решение, — улыбнулся загадочно Прокуратор... И генерал Богомолов резонно решил, что его собеседник явно не только всё знает о сабуровской группировке, но и нисколько не будет удивлён, что именно с его подачи их и не трогают... И теперь Константин Иванович сказал самому себе, что эта встреча была не напрасной!.. А вот для чего вся эта многоходовая партия? Об этом ещё придётся поломать голову... Глава 6«ИНВЕСТОР» — Да, до настоящей цивилизации тут ещё не доросли. Таковы были первые слова, произнесённые Аркадием Сергеевичем Рассказовым по приезде в Ялту... Стоя на площадке перед бетонной коробкой автовокзала, Рассказов придирчиво всматривался в городской пейзаж некогда знаменитого курорта не только Крыма, но и всего Советского Союза... Ярко раскрашенные киоски с завалявшимся ширпотребом, лаковые листья пальм, воскрешающие в памяти провинциальные рестораны, где такие же пальмы обычно стоят в деревянных кадках; тёмная, запылённая, уставшая за лето зелень — всё это донельзя угнетало, хотя и явно будило в нём давние ностальгические воспоминания... Но неприятней всего в настоящее время поражали лица людей: они были какие-то мрачные и совсем неулыбчивые... Хотя и можно было понять местное население: сезон давно закончился, и отдыхающих, на доходы от которых они и жили всю зимы, почти не было... Но всё так, же чадно дымились мангалы, всё так, же колдовали над ними одетые в грязно–белые халаты шашлычники. И как в разгар сезона гремели модными шлягерами колонки, подвешенные к фасадам киосков... А нетерпеливые таксисты, стоявшие у давно немытых машин, выискивали взглядами немногочисленных гостей, приехавших из Симферополя... Такую картину можно было бы наблюдать в каком-нибудь захолустном латиноамериканском или южно-итальянском городке: неубранный мусор, чумазые детишки, проржавевшие такси у обочины, дешёвые проститутки и столь же недорогие полицейские... О курортном статусе города напоминало только лишь море, блестевшее за крышами дальних домов... — Далеко им ещё до настоящей цивилизации, — повторил: Аркадий Сергеевич и, обернувшись к Красавчику-Стиву, произнёс печальным голосом: — Как изменился город, как изменился! С тех пор, как я был тут последний раз... |