Книга Капкан Бешеного 2, страница 42 – Виктор Доценко

Эдик после вербовки сильно изменился, даже внешне: от-пустил длинные волосы, стал носить косичку-хвост на затылке, как Стивен Сигал. Правда, в отличие от голливудского супермена, у сексота были хитрые, заискивающие масленые глазки. Но дело своё он знал.

Эдик оказался «сексотом», /кто не знает или не помнит, это означает — секретный сотрудник/, ценным и исполнительным: многочисленные проверки показывали, что он никогда не снабжал « Контору» дезинформацией, никогда ничего не путал...

И нынешнее агентурное сообщение не оставляло сомнений в стопроцентной подлинности информации...

— Нам ещё террористов не хватало, — внимательно перечитав агентурное сообщение, пробормотал генерал Богомолов неприязненно: — Мда-а... Дожили: «Белое братство». «Орден меченосцев». «Рыцари плаща и кинжала», а теперь ещё и «Меч Трибунала»...

Отложив в сторону донос отставного подполковника, генерал вновь придвинул к себе оперативную сводку, взял алый маркер и подчеркнул в абзаце о пожаре в гостинице «Космос» слова: « ...при загадочных обстоятельствах произошло самовозгорание...»

И генерал задумался:

« Если это действительно убийство, закамуфлированное под несчастный случай, налицо высочайший профессионализм исполнителя. А коли так, преступление грамотно спланировано и блестяще осуществлено...

Кем?

Как ни крути, получается, что это действительно «Меч Трибунала»!..

Но что это за «Трибунал» и кто уполномочил его в демократической стране приговаривать людей к казни без суда, следствия и защиты, пусть даже таких откровенных негодяев, как все эти погибшие?!»

Конечно, Константин Иванович не раз и не два слышал о тайном подразделении спецслужб, якобы созданном для физической ликвидации криминальных авторитетов и лидеров банд формирований. И естественно, относился к подобным слухам со здоровым скепсисом. Все это отдавало дешевыми газетными сенсациями, воскрешением в памяти любимого домохозяйками телесериала «Ее звали Никита».

Кто-кто, а генерал спецслужб знал наверняка: ни тут, в Федеральной службе безопасности, ни в Региональном управлении по борьбе с организованной преступностью, ни в Московском уголовном розыске такой структуры нет, и никогда не было...

Богомолов снова потянулся за сигаретой:

«...Правда, оставалась ещё одна возможность: секретная служба государственного контроля «ССК», до недавнего времени подчинённая Прокуратору, о котором мне, как и всем на Лубянке, не было известно практически ничего. Она всегда находилась вне зоны досягаемости ФСБ.

Но ведь «ССК» была распущена ещё в начале августа, Прокуратора выперли на пенсию, и с тех пор о нём никому ничего не было известно. По одним слухам, уехал из России, по другим — сидит на даче, пописывает мемуары...

К тому же и во времена своей деятельности «ССК» была спецслужбой прежде всего аналитической, контролирующей, но никак не исполнительной да ещё , карающей.

Стало быть, ликвидация бандитов незаконными методами могла быть лишь частной инициативой сотрудников одной из силовых структур: милицейской или лубянской. Какой именно?»

Закурив, Богомолов отложил бумаги в сторону и, пододвинув пепельницу, вновь задумался:

« Руку МВД» отметаем сразу... Многолетняя практика показывала: сотрудникам правопорядка куда проще, а главное, вы-годнее договориться с бандитами мирно, нежели объявить им войну на тотальное уничтожение. Впрочем, гангстеризм вы-годен ментам стратегически: исчезни сегодня организованная преступность как явление, а бандиты как класс, что завтра делать с РУБОП? Останется распустить Шаболовку, распихав лихих сыскарей на должности постовых милиционеров, а амбалистый СОБР пристроить физруками в группы здоровья...