Онлайн книга «Капкан Бешеного 2»
|
Подскочив к лежащему на боку «Форду», Савелий и Андрей без особого труда перевернули его на колеса. Воронов быстро извлёк из кобуры пистолет «Макарова», направив его в сторону водителя... Праздные зеваки, заметив в руках Андрея оружие, поспешили покинуть место происшествия... Однако Змей никак не реагировал на наставленный ствол — его окровавленная голова лежала на руле... Тем временем Говорков уже вытаскивал безжизненноетело своего врага из салона. Положил его на асфальт, наклонился, потрогал пульс и прислушался: — Жив, — с облегчением удовлетворённо проговорил он. Ещё минуту назад, в пылу погони, он был готов, не раздумывая, пристрелить этого человека. Змей был, прежде всего, врагом — хитрым, сильным и опытным... Однако именно эти качества внушали Савелию невольное уважение... Но — странная вещь! — Говорков ловил себя на мысли: погибни Баринов в этой гонке, он, Бешеный, наверняка бы испытывал нечто похожее на сожаление... — С минуты на минуту должна появиться опергруппа с Лубянки, — бросил Воронов, вытаскивая из автомобиля бесчувственное тело миллеровского киллера, — ...ничего, в «двадцатке» их быстро приведут в чувство... Городская больница номер двадцать, или, как её называют, «двадцатка», знаменита в московском криминальном мире не меньше, чем любая из тюрем. Сюда на верхний этаж, забранный стальными дверями, со всей столицы свозят раненых бандитов, где их по мере возможностей вылечивают, выхаживают, после чего и сдают в тюрьму, но в отдельных случаях выдают тело и братве для последующих похорон... Бешеный деловито обыскал карманы Баринова: извлёк мобильник, бумажник, два пистолета, стеклянные ампулы, упаковку одноразовых шприцев, носовой платок. В кармане пиджака он обнаружил небольшую коробочку из чёрной пластмассы с алым глазком индикатора и плоской кнопкой жёлтого цвета. — Что это? — взглянув на коробочку, полюбопытствовал Воронов. — По-моему, дистанционный пульт взрывателя, — произнёс Говорков немного растерянно. — На брелок явно не похоже, — он со вздохом покачал головой. — Сам вижу, что это не брелок... Очень любопытно: кого же он собирался взорвать? — Не знаю. — В голосе Бешеного сквозило искреннее недоумение. — Во всяком случае, если человек возит с собой пульт взрывателя, значит, заряд где-то уже заложен. — А вот где? — Об этом знает лишь он один. — Савелий кивнул в сторону неподвижно лежавшего Змея и, ещё раз осмотрев пульт, предположил несмело: — Может быть, нас с тобой? — Почему же тогда он этого не сделал? — резонно спросил Андрей. «И действительно, почему?..» — Савелий проговорил этот вопрос про себя, а сам взглянул на поверженного... врага? А может, друга? Почему-то он никак не мог ответить на этот вопрос... Он ещё раз взглянул на лицо Змея и увидел, как оно начало вытягиваться, а в его выражении стала появляться некая умиротворенность... Савелий понял, что его противник отходит в мир иной, но не знал, что делать, с одной стороны, ощущая симпатию к нему, с другой — сильную злость. Трудно понять, до чего бы он додумался, но в этот момент ему послышался голос Учителя: «ЕМУ РАНО ЕЩЁ УХОДИТЬ: ОН ДОЛЖЕН ПРИЗНАТЬСЯ!..» Следующая фраза была направлена явно Змею: «ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ ТВОРИТЬ ДОБРО НА ЗЕМЛЕ!.. А ОН ТЕБЯ ЗАСТАВЛЯЛ УБИВАТЬ...» И снова обращение к нему, Савелию: |