Онлайн книга «Капкан Бешеного 2»
|
Почему бы не сегодня?! Описав перед паркингом правильный полукруг, «Линкольн» въехал на свободное место, между скромным серым «Фордом» и длинным, как железнодорожный вагон, «Бьюиком» с дипломатическим номером. Воронов хотел было выйти из машины, чтобы открыть заднюю дверцу, но Бешеный лёгким кивком головы задержал его: — Ты его по фотороботу хорошо запомнил? Ясно, речь шла отом «инспекторе ГИБДД» с 3-го Транспортного, которого по горячим следам удалось вычислить оперативникам Богомолова. — Обижаешь.... Среди ночи разбуди, дай лист бумаги — нарисую! А что? — Знаешь, у меня предчувствие, что сегодня он обязательно обозначится, — проговорил Говорков, поправляя под курткой подмышечную кобуру, и добавил: — А второе моё предчувствие, что сегодня он от нас не уйдёт. Ну что, Андрюша, кто в кабаке тело охранять будет? Я или ты? — Давай я в машине останусь: угрелся что-то, никуда выходить не хочу, — предложил Воронов. — А ты в кабак иди, на девчонок посмотри. После расскажешь... Ресторан «Саппоро» открылся в Москве недавно. Располагался он в тихом месте и, как явствовало из названия в честь известного по Олимпиаде города Страны восходящего солнца, специализировался на японской кухне. Шикарное заведение клубного типа, предназначенное скорее для ведения деловых переговоров, нежели для застолья, быстро обрело популярность в столичных бизнес-кругах. Посещали его наиболее крутые индивиды... Прислуга отличалась предупредительностью и ненавязчивостью, метрдотель — понятливостью, а сервировка не вызвала бы критических замечаний даже и у японского «микадо», возникни у него каприз тут отобедать или отужинать. Кухня, утончённая и изысканная, составляла особую гордость заведения. Трудились тут три повара и кондитер, выписанные специально из Японии, это были настоящие кудесники и маги искусства приготовления экзотических блюд. Они учитывали всё, что предваряет приём пищи и сопутствует процессу еды: выделение желудочного сока у клиента, очередность блюд, психологию трапезы, основанную на ассоциациях и воспоминаниях о когда-то съеденном и выпитом, даже физиологию — приливы крови, а ко всему прочему, естественное утомление от процесса пищеварения. Правда, официанты японцами не были, их роль выполняли вьетнамцы, в изобилии осевшие в столице ещё с середины восьмидесятых... Амиран Теймуразович Габуния уже ждал гостя, сидя за столиком, заставленным обильной выпивкой и разнообразной закуской, он нетерпеливо поглядывал то на часы, то на вход. Внешность этого высокого грузина располагала к себе: оливковая кожа лица, аккуратный бобрик причёски, ослепительная белозубая улыбка... В свои двадцать восемь лет Амиран, имевший за плечами четыресудимости: все за мошенничество, носил «гордое» звание, как бы выданное российским правосудием: ООР, которое расшифровывается, как «особо опасный рецидивист», что, впрочем, не мешало ему считаться одним из самых перспективных банковских махинаторов во всём Московском регионе. О многоходовых мошеннических схемах «выставления»банков и вкладчиков, хитроумно задуманных и виртуозно осуществлённых молодым грузином, ходили легенды. Впрочем, после катастрофы семнадцатого августа Габуния всё больше и больше склонялся к относительно легальным способам зарабатывания денег... |