Книга Оперативник с ИИ, страница 104 – Рафаэль Дамиров

Я был готов!

Кирпич резко развернулся, и в тот момент, когда он поравнялся с Седым, движение стало взрывным: нож вошёл Седому прямо в сердце, молниеносно и точно, с коротким замахом. В тот же миг Кирпич выдернул клинок и тем же движением, не останавливаясь, швырнул его в Медведя, и нож впился тому в грудь, войдя примерно на половину длины клинка. Для такого бугая это было почти ничто, Медведь зарычал от ярости и боли и начал стрелять, но застрявший в груди клинок сбивал ему движения, не давал прицелиться. И пока он переводил пистолет на Кирпича, тот успел нырнуть в сторону, выигрывая секунды, которых всё равно было слишком мало: ещё немного, и Медведь пристреляется.

Бах! Бах! Бах!

Лысый мелькнул где-то фоном, а я уже схватил лопату и рванулся вперёд. Резкий выпад, тычок, и острие лопаты вошло Медведю в горло.

А я почувствовал ладонями, как сопротивление вдруг ломается.

Медведь захрипел, захлёбываясь кровью, и начал валиться, медленно, тяжело, будто исполинское дерево, которое сначала не хочет падать, а потом всё-таки сдаётся и глухо бьётся о землю.

— Уйдёт! — крикнул Кирпич, подхватывая пистолет Седого и выскакивая из гаража.

Снаружи хлопнули выстрелы.

Бах-бах! Но почти сразу им вторил рёв двигателя внедорожника, и стало ясно, что лысый уже успел дать по газам.

Кирпич стрелял ему вслед, ещё раз и ещё, но звук мотора удалялся, унося с собой Серого.

Я подхватил пистолет Медведя и выскочил следом. Тёмный силуэт внедорожника с выключенными фарами уже маячил где-то вдалеке, растворяясь в ночи, я поднял ствол, удерживая его обеими руками, попытался поймать мушку, которая плясала от перенапряжения. Пальцы сжимали рукоять так, будто хотели смять металл, а внутри всё ещё клокотали злость и адреналин, не отпуская ни на секунду.

Бах!

Я нажал на спуск, но в этот самый момент внедорожник нырнул за угол и исчез.

— Сука! — плюнул Кирпич. — Ушёл Серый.

— Поехали за ним, — сказал я, всё ещё глядя в пустоту улицы.

— На чём? — усмехнулся он и кивнул в сторону моей «Волги». — На этом корыте? Не догонишь ты егона такой тачке.

Мы вернулись в гараж. Там лежали два тела, истекающие кровью.

— Спасибо, Григорий, — сказал я.

— Думаешь, я тебе помогал? — хмыкнул он. — Я себе помогал. Они бы меня всё равно завалили.

— Получается, мы теперь союзники, — сказал я. — Расскажешь, что за хрень вообще происходит?

— Думаешь, я знаю? — отозвался он. — Я ж ни хрена не помню.

Я посмотрел на него внимательнее.

— Погоди, — сказал я. — Ты же говорил, что всё вспомнил. И Медведю этому… Или опять придуриваешься?

— Да ни черта я не вспомнил, — буркнул он. — Услышал голоса этих пацанов — щёлкнуло, вот и узнал. Тебя услышал, как ты меня назвал, биографию прочитал — тоже щёлкнуло. То, что мне говорят, то я и помню. Начинаю вспоминать, что рядом, а чуть дальше словно отсекает.

Он развёл руками.

— Тьфу ты, блин, — с досадой плюнул я. — А это хоть кто был-то?

— Коллеги мои, — хмыкнул Кирпич. — Такие же, как и я. Перекати-поле, ни родины, ни флага. Числятся мёртвыми. Из бывших. А теперь выполняют грязную работу для одного человека.

— Какого человека? — спросил я. — Или тоже скажешь, что не помнишь?

— Там нечего помнить, — коротко ответил он. — Мы называли его шефом.

— Имя?

— Никто не знает. И кто он такой — тоже никто не знает. Между нами и им — хренова туча посредников. Через них и получали указания. Серый его, скорее всего, знает, а я нет.