Книга Физрук: на своей волне, страница 109 – Валерий Гуров

На том конце снова начался гул.

— Выходной же! — У меня уже планы. — Мы и так всю неделю в школе. — Владимир Петрович, ну реально, это же наш единственный день…

Я молча слушал, ждал, пока поток оправданий иссякнет. Ну и понимал, что у кого-то это были честные отмазки, а у кого-то липовые. Но объединяло всех одно — нежелание куда-то идти и что-то делать.

Логично, никому субботники и на хрен не тарахтели. А заставлять молодёжь то, что им делать не хочется, — только отношения испортить, ну и доверие потерять. Доверие же штука такая, что оно очень долго приобретается, а теряется очень быстро.

Тем более это не девяностые: тогда, если партия сказала — надо, то комсомол отвечал есть. Тут же совсем другое поколение. Свободы у них больше, а дисциплины — ноль.

Правда и выходило некрасиво. Один выходной у пацанов и девчат, а я лезу со своим «надо». Вроде и хочется продавить, а внутри зудит — неправильно. Лишать их того единственного дня, когда они сами себе хозяева, будет с моей стороны неправильно.

Я задумался, глядя в камеру, где ребячьи глаза ждали моего решения. Глубоко вздохнул; зайти надо так, чтобы молодые поняли — и чтоб самизахотели помочь.

— Слушайте внимательно, — начал я. — Я понимаю, что воскресенье. У каждого свои планы — кино, друзья, «отсыпаться до вечера». Я и сам не любитель менять планы на лету.

Далее я донёс, что есть вещи поважнее, чем пьянки — гулянки. Например, школа — это не просто место, где надо сидеть за партой и зубрить.

— Это наш общий дом. Школа даёт вам билет в жизнь, знания, шанс не вляпаться в ту дичь, в которой некоторые из нас выросли. Так что она заслуживает уважения, — продолжил я.

Я сделал паузу, чтобы ученики как следует прочувствовали слово «уважение» и осознали. Правда, судя по безразличным лицам ребят в квадратиках, особого впечатления пламенная речь не произвела.

— Короче говоря, у меня есть предложение, — я сменил тактику. — Кто придёт и поможет, получит от меня награду. На выбор: освобождение от посещения одного из моих предметов на неделю и пятёрка за каждый такой урок. Представляете? Один день пришёл — и неделя в шоколаде.

Я видел, как на нескольких лицах мелькнула искра заинтересованности. Вряд ли дело было в оценках, скорее в возможности пропустить целую неделю и никуда не ходить. Хотя при желании никто и так не придёт… я это прекрасно понимал. Но тем не менее торг начал.

— А кто не придёт, — добавил я делано мягко и расплылся в улыбке, — тому придётся несладко: буду гонять всю неделю «в хвост и в гриву». Ну и сразу обозначу, что заболеть или прогуляться не получится. Так что выбор у вас есть.

В чате повисла гробовая тишина. Ученики переваривали услышанное.

— Короче, — закончил я. — У вас есть выбор: выгода или геморрой. Жду плюсики сейчас. Кто завтра идёт — ставьте плюс. Кто нет — молчите дальше. Решайте, хорошие.

Плюсики начали медленно, но верно появляться в чате — один, другой, третий. Но далеко не все торопились отмечаться.

— Молодец, Петров, — подбадривал я учеников, поставивших плюс. — Башка соображает, как надо.

Но увы, уже на четвёртом квадратике запал учеников иссяк. Я так понял, что плюсы выслали самые дисциплинированные ребята. Остальные либо меня проигнорировали, либо не приняли мои слова всерьёз.

— Так, значит, половина молчит, да? Ну ладно…