Книга Физрук: на своей волне 2, страница 27 – Валерий Гуров

В зеркале заднего вида увидел, как Саня даже не идёт, а крадётся, то и дело оглядывается. Видимо, старые привычки не отпускают.

Долго ехать до школы не пришлось — как я уже говорил, от дома Сани до школы рукой подать. Я приехал вовремя, как раз в тот момент, когда к школьной территории подходил Борзый со своей шайкой-лейкой.

Они шли кучно, плечом к плечу, как будто шли на дело. У всех одинаковые физиономии с напускной уверенностью, но по глазам было видно, что им не по себе.

Борзый либо сумел найти слова и убедить их пойти на субботник. Ну или, что куда вероятнее, сделал предложение, от которого остальные просто не смогли отказаться. Но то уже их внутренние разборки, туда лезть не стоило. Пусть здоровые лбы решают организационные вопросы между собой, и вмешиваться я точно не собирался.

— Владимир Петрович, говорите, что делать надо, — сходу выдал один из них, явно желая закрыть вопрос без прений.

— Так, — я оглядел их с головы до ног. — Трое — на грабли, ещё трое — красить забор. Давайте, ноги в руки, начали.

Пацаны переглянулись, лица вытянулись, и, с видом обречённым, они всё-таки зашли на территорию школы. Пусть, работа — лучшая педагогика, особенно для тех, кто привык только языком молоть.

Естественно, у тех, кто уже трудился на субботнике, сразу возниквопрос. Кирилл не выдержал:

— Ты же говорил, субботник для лохов?

Борзый на секунду замер, но не растерялся.

— Не, — ответил он с самым серьёзным видом. — Это лично Владимиру Петровичу помощь. А ему не западло помочь.

Выкрутился, блин. Быстро учится.

Что происходило дальше, я уже не узнал, потому что ко мне на всех парах неслась Марина.

— Володя, то есть Владимир Петрович! — затараторила она, едва подбежав. — Ну что с Сашей? Переломов нет? Ничего серьёзного?

— Жив-здоров Саша, — ответил я спокойно. — Отделался освобождением от физкультуры на пару недель.

— Слава Богу, — облегчённо выдохнула Марина, прикладывая ладонь к груди. — А как вы с его отцом справились?

— А надо было как-то справляться? — удивился я.

Она смутилась, отвела взгляд.

— Ну… отец у него очень специфический, я бы так сказала, — Марина понизила голос. — Человек непростой, вспыльчивый.

Я сразу припомнил, как Саня отказался, чтобы я заезжал во двор. Всё сразу встало на свои места. Походу от бати шкерился.

— Нет, отца я не видел, — заверил я.

— Так вы выяснили, что на самом деле произошло? — не унималась Марина.

— Не-а, — ответил я коротко. — Тайна, покрытая мраком.

Классуха вздохнула и заметила, как Борзый с дружками красят забор и убирают территорию.

— Владимир Петрович, а как вы добились, что наши хулиганы в итоге пришли на субботник? — поразилась она.

Я пожал плечами и усмехнулся:

— Секреты педагогического воспитания.

— Макаренко? — уточнила она, видимо припомнив, что я однажды ссылался на великого педагога. — Надо будет почитать…

— Обязательно, — сказал я. — Полезная литература.

С появлением хулиганов дело пошло заметно быстрее. Я наблюдал, как они суетятся, и ловил себя на мысли, что старую поговорку про дурь, которую надо направлять в правильное русло, придумали явно не зря.

Вот тут был именно тот случай.

Минут через тридцать школьный двор преобразился. У ворот выросла гора собранных листьев, краска на турниках уже подсыхала, ворота блестели свежим слоем эмали.