Книга Физрук: на своей волне 3, страница 116 – Валерий Гуров

— Понимаю, что вы ничего не знали… но около часа назад на меня кто-то напал. И этот кто-то был не прочь воткнуть мне это шило в бок.

Я не стал тянуть кота за яйца.

— Раз вы такие невинные, и доказательств у меня нет, — я сделал акцент на слове «нет», — то в исключение и в вашу пользу дам ещё один вариант. Третий.

Я, сохраняя невозмутимое выражение лица, загнул третий палец.

— Это сумма первого и второго варианта, — пояснил я. — Смотрите: выгода от третьего варианта очевидна. Вам не придётся отвечать за причинённый ущерб. У вас не останется забот… да и вообще ничего не останется.

Витёк хмурился. Возможно, думал, что я блефую. Но я не стал тратить время на нравоучения. Мужики хоть и были зрелые, но в девяностые, похоже, ещё в школу ходили. И ни Витёк, ни Ромчик не знали, что всё, что я сейчас предлагаю, — ещё довольно гуманный вариант. Если бы знали — отнеслись бы иначе.

Ну а раз не верят, покажу наглядно. Не словами, а делом.

Я коснулся подбородка пальцами и сделал притворно задумчивое лицо.

— Знаете что, — наконец заговорил я, — я подумал и решил, что третий вариант самый правильный. Раз уж вы, судя по молчанию, переложили выбор на меня, так тому и быть — я воспользуюсь им.

Рядом на верстаке стояла стеклянная бутылка со спиртом. Я не раздумывал долго — одним резким движением ударил монтировкой по горлышку. Стекло лопнуло с коротким хрустом, а жидкость хлынула наружу и разлилась ровной тёмной лентой по столу, откуда стала впитываться в ветошь.

— Упс… Какой я неосторожный. Я же говорил, что у вас с нормами техники безопасности беда. Легковоспламеняющиеся жидкости где попало стоят…

Спирт растёкся по ветоши, делая ткань тёмнее. Я повернулся к верстаку, заметил зажигалку, взял её в руку и провёл кремнём несколько раз. Из-под кремня вырвался столп искр.

Поджигать я не стал, но показал Ромчику и Витьку, что могу зажечь.

— Годится, — сказал я и коротко пожал плечами. — Вот говорят же, что курить на рабочем месте нельзя, и ни до чего хорошего это точно не доведёт. Но нет — попадаются такие умники, которые это игнорируют.

Реакция была соответствующая — у обоих мужиков на лбу выступила испарина.

— Так вот, — продолжил я, — я в последний раз настоятельнорекомендую сказать, кто это был.

— Да мы не знаем, честно не знаем, — заговорили работяги вразнобой.

Не знаем, значит…

Я понимал: дальше объяснять смысла мало. Они выбирали: дальше покрывать подельника или начать говорить. По поведению было ясно, что пока в их приоритете — выгородить подельника.

Ну что ж.

У меня в арсенале имелась ещё парочка приёмов из девяностых, и все они были далеко не декоративные.

Ромчик открыл рот, закрыл, потом с глухим вздохом опустил плечи. Витёк снова посмотрел в сторону двери, прикидывая пути отступления.

Я дал им ровно три секунды. Три секунды, чтобы решить — будут ли они дальше играть в «не знаем». Они молчали дольше.

— Незнание не освобождает от ответственности, — сказал я, подбросил зажигалку в руках и ловко перехватил.

Затем подошёл к тому самому станку, который снимает резину с диска, и остановился у него на расстоянии вытянутой руки. Рукоятки, рычаги, фиксаторы — всё было на виду. Я чуть наклонился к механизму и пробормотал так, чтобы работяги слышали:

— Так, понять бы, как эта приблуда включается.