Книга Физрук: на своей волне 4, страница 59 – Валерий Гуров

— Я ухожу, Володя, — выпалила она.

— Да я заметил. Ну, ты там если что, письма пиши.

Аня на секунду застыла. Видно было, что такой реакции она точно не ожидала. В её глазах мелькнула растерянность. Я ведь по её сценарию должен был броситься за ней, уговаривать, каяться, обещать исправиться. А тут — тишина и равнодушие.

Она постояла, потом как будто вспомнила про последнюю возможность укрепить свой уход — потянулась к Рэксу.

— Пойдём, Пончик, — позвала она мягко. — Пойдём, мой мальчик.

Пёс, стоявший в метре от неё, повернул голову, моргнул, но не двинулся. Потом посмотрел на меня, словно спрашивая: серьёзно? мы вот так теперь будем жить?

Я встретился с ним взглядом, не говоря ни слова, а он будто всё понял. Ну и рывком подбежал ко мне и сел у ног.

Аня на секунду лишилась дара речи. На лице мелькнула обида и что-то похожее на отчаяние.

— Пончик… — позвала она снова.

Рекс даже ухом не повёл. Он просто сидел рядом, вжавшись в мою ногу, показывая всей своей собачьей сущностью, что уходить он не собирается.

Я опустил руку, погладил пса по холке.

Мне же, похоже, сегодня судьба устроила марафон женских слёз. Вот честное слово, как будто кто-то наверху решил проверить моё терпение.

Глаза Ани начали стремительно наполняться слезами.

Я тяжело вздохнул, потом достал с вешалки поводок, защёлкнул карабин на ошейнике Рекса.

— Чемодан оставляй, — сказал я. — Мы сейчас с тобой пойдём поговорим.

Аня, всхлипнув, открыла рот, чтобы что-то сказать, но я перебил:

— Я сказал, чемодан оставляй, — повторил я. — Потом, если решишь, что хочешь уйти, вернёшься домой, заберёшь вещи и уйдёшь. Я тебя удерживать не буду.

Аня стояла неподвижно, сжимая ручку чемодана.

— И что ты, по-твоему, хочешь? — зло прошипела она. — Оставить её одну в нашей квартире?

— Именно это я и хочу сделать, — ответил я.

Сквозь повисшую тишину было слышно, как у неё скрипнули зубы.

— Ну что ж, — процедила она, — пойдём поговорим.

Я перед тем как уходить слегка приоткрыл дверь на кухню.

— Милана, мы сейчас с Аней отлучимся буквально на полчасика. Пока можешь сходить в душ и потом включи телевизор в моей комнате, ладно?

Я вернулся в коридор и повернулся к Ане.

— Пошли.

Мы вышли из квартиры. Рекс, словно чувствуя напряжение, даже не тянул поводок. Только посматривал по сторонам, будто контролировал обстановку.

Я запер дверь, подошёл к лифту. Кнопка слабо щёлкнула, и двери раскрылись почти сразу же.

Мы вошли в кабину, и металлические створки сошлись с сухим глухим звуком. Лифт начал спускаться вниз.

Аня стояла, уставившись в отражение в зеркальной стенке. Она пыталась сохранять видимость хладнокровия, но трясло её ощутимо. Эмоции всё ещё кипели.

— А теперь послушай меня внимательно, — начал я. — Я повторю в последний раз. То, что происходит, — это факт. Принять его или нет — твоё личное дело, но я не собираюсь оправдываться.

Аня вскинула подбородок, взгляд её полыхнул, но я не дал ей вставить ни слова.

— Эта девчонка — моя ученица, — продолжил я. — Я встретил её случайно, когда её выкинули из машины. В прямом смысле. Она была вся в грязи, промокшая, дрожала от холода. Хотел бы я мимо пройти — не смог бы. Так что хочешь ты или не хочешь, но я не позволю, чтобы она сейчас где-то мёрзла или болталась по улице ночью.

Я выдержал небольшую паузу, давая Ане возможность услышать.