Книга Физрук: на своей волне 5, страница 67 – Валерий Гуров

Лёня резко застыл, и я вскинул руку в приветливом жесте, чтобы ему «помочь»:

— Доброго дня, Леонид Яковлевич.

— Здравствуйте… Владимир Петрович… — директор ответил осторожно. — Здравствуйте, — отдельно, ещё более растерянно, он поздоровался с медиками.

Те ограничились короткими кивками — работа есть работа.

— И где наш больной? — сразу перешёл к делу медик с чемоданчиком, не тратя ни секунды.

Я подхватил реплику идеально синхронно:

— Да, Леонид Яковлевич, где наш больной?

И, словно между делом, представил его медикам.

— Знакомьтесь, Леонид Яковлевич, уважаемый директор нашей школы.

Леня окончательно опешил. Он несколько секунд просто стоял молча. Со стороны казалось, будто у него внутри за это время пронеслось сразу сто разных мыслей:

«Как это теперь выкручиваться?»

«Где Соня⁈»

Но рядом с ним никого не было, на кого он мог бы тут же свалить ответственность. Соня, как мы и договаривались, при первой же возможности «исчезла». Так что Лёня…

Если говорить другими словами — попал так попал. И это был идеальный момент, чтобы додавить ситуацию.

Директор стоял несколько томительных секунд, будто завис, как старый компьютер, перед тем как выдать хоть какой-то ответ. Он явно судорожно перебирал в голове варианты — плохие, ещё хуже и совсем катастрофические. Но, в конце концов, решился.

— Вы знаете… уважаемые доктора… спасибо вам большое, что приехали… и что так быстро отреагировали, — начал он говорить издалека.

Директор откровенно тянул время, пытаясь изобразить вежливость, которой в нём сейчас не было ни грамма.

— Так больной-то где? — напомнил сухим голосом медик с чемоданчиком.

— Да-да, помню, больной… — спохватился директор и, чуть вздрогнув, сделал глубокий вдох. — А что касается вашего вопроса… — он снова вдохнул. — Больной… ещё до вашего приезда встал… и ушёл… — решительно выпалил он.

Сказать, что было интересно наблюдать за тем, как Лёня врёт — это ничего не сказать. Географ-то находился в кабинете прямо за его спиной. И, согласно нашему плану, уйти никуда не мог даже теоретически.

Нет, я не скажу, что доверял географу на сто процентов — зависимым людям никогда нельзя доверять полностью. Но сейчас Иосиф Львович оказался в такой ситуации, когда если он уже начал играть роль, то вынуждениграть её до конца. Строго по тем правилам, которые я ему предлагаю.

— Как ушёл? — удивление медика было неподдельным. — Он же был без сознания!

Второй медик подался вперёд, хмурясь:

— Зачем вы его отпустили? Он теперь может умереть по пути. С таким состоянием не шутят! Вы должны были его остановить как руководитель и заставить дождаться скорой!

Это были прямые, холодные слова людей, привыкших к реальной ответственности. Лёня замялся, моргнул, потер нос, глаза его тотчас забегали. Он осознал масштаб того, во что вляпался.

А я стоял рядом и молчал, позволяя ситуации «созреть».

— Ну… вот так и вышло, — произнёс Леонид, явно теряясь под прямыми взглядами двух врачей. — Он сказал, что ему стало лучше… встал и ушёл. Он ведь… не несовершеннолетний, чтобы я мог его удерживать.

— Ясно. В таком случае рекомендую вам, если у вас остался номер телефона пациента, позвонить ему и убедиться, что всё в порядке, — сказал врач с чемоданчиком.

Второй фельдшер ничего не добавил, но покачал головой, видимо, давно привык к проявлениям такой человеческой безответственности.