Книга Физрук: на своей волне 6, страница 47 – Валерий Гуров

Естественно, даже сейчас эти негодяи не собирались выходить из автомобиля. Как и не собирались нормально решать со мной вопрос, который откровенно требовал своего завершения. Вместо этого сразу двое идиотов из троих, сидевших с правой стороны, резко распахнули двери. Геймеры попытались как можно быстрее свалить, пользуясь моментом.

А вот у водителя и заднего пассажира с левой стороны мозгов хватило ровно на то, чтобы попытаться перелезть через весь салон. Ну тоже выбраться наружу через правые двери. Видимо, посчитали этот путь самым безопасным и единственно возможным.

Разумеется, позволять им это сделать я не собирался. В следующий же момент я коротко, резко свистнул, подавая сигнал пацанам — мне требовалась их помощь. Уйти этим уродам я, конечно же, не собирался давать ни малейшей возможности.

И к большому разочарованию беглецов, мои пацаны как раз сидели в пролеске с правой стороны. То есть ровно с той самой стороны, через которую упыри и собирались сбежать.

Реакция была мгновенной. Прошла буквально секунда— и все трое моих учеников выскочили из пролеска и бросились на перехват этих уродов. Как ни крути, мои ребята оказались куда более спортивными и подвижными, чем эти геймеры. Да и вообще, о какой реакции и скорости у этих товарищей могла идти речь, если они большую часть своей жизни проводили, приросши жопой к стулу?

Исход этого противостояния был, разумеется, абсолютно очевиден с самого начала. Мои пацаны с лёгкостью снесли этих уродов с ног — ровно так, как шар в боулинге сбивает кегли. Те даже толком не успели понять, что происходит, как уже оказались на земле. Ну а дальше ребята не стали себе отказывать в удовольствии. Или ученики начали вдалбливать этих типов в сырую землю.

Я вмешался не сразу. Дал пацанам хотя бы немного выпустить пар, который у них накопился внутри за всё это время. Но когда драка окончательно перестала быть дракой и превратилась в откровенное избиение, я коротко свистнул и поднял руку, давая понять, что пора заканчивать.

— Пацаны, всё, хорош. Останавливаемся, — рявкнул я.

Меня они услышали сразу. Бить этих четверых прекратили без разговоров. Кстати, формально численное преимущество по-прежнему оставалось на стороне обитателей бэхи. Но, как видно, это им совершенно никак не помогло в их начинаниях.

Теперь вся эта чёртова компания геймеров просто лежала на сырой земле с отбитыми боками и глухо стонала. Причем стонала явно не от удовольствия.

Я же не спеша подошёл к автомобилю и даже обошёл его по кругу, чтобы не разбивать стекло и не открывать дверь силой. Все-таки двери с правой стороны уже и так были распахнуты.

Наконец я нагнулся и вытащил из салона Василия. Пацан был, что называется, еле живой. Он испугался настолько, что его трясло, как кленовый лист на ветру.

— Ну ты как, живой? — поинтересовался я у него.

Василий в ответ смог выдавить лишь что-то нечленораздельное. Чтобы не завалиться в обморок, он поспешно опёрся о задний капот иномарки, изо всех сил удерживая себя на ногах. Пацана всё ещё заметно трясло.

Что тут сказать — к сожалению, такое качество, как мужество, никак не тренируется. Оно либо есть у человека, либо его нет. И у Василия, судя по всему, этого самого мужества не было и в помине.

Но, по большому счёту, сейчас это уже не имело решающего значения. Самое главное — пацан остался жив и здорови отделался лишь моральным ущербом. Да, иногда моральные муки бывают не менее тяжёлыми и неприятными, чем физическая боль. Но ничего — со временем он очухается. А главное — у его сестры не будет никаких оснований предъявлять мне претензии. Я обещал, что брат Маригытне пострадает, и по факту он действительно не пострадал. Так что в этом плане всё было более чем нормально.