Книга Физрук: на своей волне 7, страница 96 – Валерий Гуров

— Да, да, я всё понимаю, Ген, — ответил Борисов, чуть жёстче. — Но с твоим начальником я потом сам поговорю.

Майор сбросил вызов и повернулся ко мне.

— Блин, Володя, — сказал он уже с усмешкой, — вот ты порой такие вещи говоришь и такие схемы прокручиваешь, что я, честно говоря, вообще кое-чего не понимаю…

— Чего?

— Почему ты в этой своей школе физруком застрял. Это явно не твой потолок.

Я, конечно, ничего на слова майора не ответил. В этом не было необходимости. Некоторые вещи лучше оставлять без комментариев.

Зато я заметил другое. В зеркале заднего вида было хорошо видно оба полицейских автомобиля. Они держались за нами на небольшом расстоянии. Теперь один за другим они начали сворачивать на соседние улицы и уходить в сторону.

Борисов тоже это увидел.

— Оно просто как получается, — сказал он спустя несколько секунд. — Начальник этих ребят — мой очень хороший друг. Мы с ним ещё вместе в школе милиции учились. А у него сейчас, скажем так, неприятности по службе… кресло шатается. Вот поэтому, Володь, я и хотел, так сказать, своему человеку в этом плане немного помочь. Чтобы кресло перестало шататься под ним…

Борисов усмехнулся.

— Ладно, это всё дела житейские. С нами ОМОН поедет, — майор кивнул в сторону бокового зеркала. — Вон они, наши ребята.

Я посмотрел назад. Чуть поодаль действительно шёл фургон без опознавательных знаков. Обычная машина, которая не бросалась в глаза.

— Ну и мои пацаны-оперативникиуже поехали раньше по адресам, — добавил майор.

Я на секунду задумался.

— А много ещё людей вообще знают об этой операции?

Борисов помолчал, потом выдохнул.

— По-хорошему, мне бы всё это надо было напрямую с начальником согласовывать…

— Согласовал?

— Неа, делать этого я всё-таки не стал. Как раз чтобы никто больше об этом не знал. А то наш начальник, блин, любит, чтобы всё было ярко и эпично… Но, если честно, я не только поэтому молчал.

— А почему ещё? — заинтересовался я.

Майор скосил на меня взгляд, будто прикидывал, стоит ли вообще это озвучивать, потом всё же решился.

— Вот я тебе как на духу говорю, Володя… Ты смеяться будешь, если узнаешь весь этот расклад, как есть.

— Обещаю, что если и буду, то негромко, — усмехнулся я. — Давай, рассказывай.

Майор крепче сжал руль.

— Ты прикинь… У одного из этих пацанов, которому ты чуть причинное место не отстрелил, — продолжил он, — батя — целый начальник отдела. В соседнем районе.

Я действительно усмехнулся. Но не потому что это было неожиданно. О том, что у этого товарища отец — мент с немаленькой должностью, я знал ещё со слов Васи. Но сама ситуация всё равно выглядела… иронично.

— Интересно, — сказал я. — И как ты об этом узнал?

— Да как, — пожал плечами Борисов. — Он моему сержанту начал рассказывать, что сейчас приедет его отец и всех тут поставят раком… Пришлось мне, короче, с ним отдельно целую воспитательно-разъяснительную беседу провести, — продолжал Борисов. — Ну, с этим вот пацаном, сынком начальника. Чтобы он успокоился. И на тему того, что его батя вряд ли обрадуется, когда узнает, на каком именно основании его любимый сыночек в ментовке оказался.

Примерно то же самое я думал ещё в тот момент, когда узнал, кто отец у Кости.

— А потом, блин, прикинь… — добавил майор, чуть скривившись. — Его батя уже сам начал обзванивать все наши городские отделы и искать своего сынка.