Книга Физрук: на своей волне 7, страница 44 – Валерий Гуров

Да, конечно, формально я был виноват. Это я стоял на дороге и мешал движению. Тут спорить бессмысленно. И я прекрасно понимал, что никому из этих людей не было абсолютно никакого дела до моих проблем. Да и быть не могло. Никто из них не хотел, чтобы чужая беда вдруг стала его личной головной болью. В этом тоже не было ничего удивительного.

Некоторые всё-таки опускали стёкла и уж точно не подбирали выражений.

— Ты вообще куда прёшь, урод⁈

— Ты что, хочешь, чтобы тебя тут в асфальт закатали⁈

— Слышь, ты чё, блин, тротуар попутал где⁈

Это были ещё самые мягкие формулировки из тех, что летели в мою сторону. Но я был к этому вполне готов.

Один автомобиль особенно выделился. Дорогой немец, чёрный, полностью тонированный по кругу. Водитель сначала долго, с нажимом, давил на клаксон, потом остановился рядом.

Я даже на секунду подумал, что сейчас из него выйдет очередной «воспитатель». Такой, который уверен, что имеет право учить окружающих жизни. Подойдёт, начнёт качать права, рассказывать, как надо себя вести, как правильно и как неправильно.

Но не вышел.

Видимо, сначала он увидел мои габариты. Потом понял, что я здесь все же не один кукую. А сама ситуация выглядит не так однозначно, как ему, возможно, показалось изначально. Пыл водителя, как будто резко испарился.

Он просто дал по газам, сорвался с места с пробуксовкой, снова врубив клаксон. Я лишь мельком проводил машину взглядом.

Я уже начал ловить себя на мысли, что вся эта затея с дорогой, возможно, была ошибкой. Что никто не остановится, а я просто стою здесь и теряю время, пока поток обтекает меня со всех сторон, как вода камень.

Но именно в этот момент ситуация изменилась. Из потока выделилась старая «девятка». Низко посаженная, «уставшая». Эта тачка уже не сигналилила и не моргала фарами. Вместо этого водитель включил аварийку. Жёлтые огни заморгали и машина начала медленно смещаться к обочине и так же медленно тормозить.

Я тут же пошёл к обочине, к этой «девятке».

Водитель опустил стекло совсем чуть-чуть — ровнонастолько, чтобы его было слышно.

Парень оказался совсем молодым. Не школьник, конечно, но ещё и не взрослый мужик. Ему было лет двадцать с небольшим. Худой, угловатый, с короткой тёмной стрижкой. Одет он было тоже просто — в тёмную толстовка, а на его висках были молниями выбритые виски.

Машина у него была под стать. Старая «девятка» была заниженной настолько, что почти лежала на асфальте. Диски тёмные, резина низкопрофильная, а на заднем стекле виднелось несколько наклеек — «Смотра», какие-то стилизованные надписи. Явно пацанская машина, собранная под себя.

Стекло было опущено буквально на ладонь.

Водитель внимательно посмотрел на меня снизу вверх.

— Дружище, что у тебя произошло? Как я могу тебе помочь?

— Спасибо, что остановился, — улыбнулся я. — Слушай, у меня сейчас вопрос реально жизни и смерти. Мне очень срочно нужна зарядка на телефон. Выручай.

По его лицу я сразу понял, что пацан удивился. Ну да, логично. Когда на дороге тормозишь ради кого-то, ждёшь либо аварии, либо беды, ну или как минимум чего-то серьёзного. А тут… зарядка.

Но рассказывать пацану правду я, конечно, не собирался. Не стану же я объяснять, что мы гоняемся за администратором чата, где толкают дурь. При этом у нас связь оборвалась, а время тикает. Для пацана это звучало бы как бред и повод сразу нажать на газ.