Книга Ведьмы Зелёной Волши, страница 41 – Анастасия Федоренко

На это я только закатила глаза, перестав лезть с расспросами. Я не поверила ей, но и ответ на свой вопрос узнаю только когда мы выйдем на улицу.

Я мрачно поглядывала в окно пока переодевалась. Тащиться в такую погоду непонятно куда не было ни малейшего желания, но любопытство подстёгивало поторопиться, а интуиция шептала о том, что прогулка будет очень интересная.

Как тут устоять?

Деревня была окутана плотным туманом, который и не думал рассеиваться этим утром. Дома, дорога, деревья — всё было скрыто среди серого марева. Обычно даже в такое время жизнь начинала кипеть.

Люди здесь жили абсолютно по другому расписанию, нежели в городе. Уж я-то знала это, как никто другой. Не раз гостила в столице у отца, поэтому имела представление о жизни в крупном городе. Сегодня тишина и пустота вокруг оглушали. Будто вся деревня резко вымерла и остались только мы с бабушкой, идущие по дороге, которая делила дома на два стройных ряда.

Летом видеть деревню такой тихой — совсем странное дело. Жизнь в тёплое время года сильно отличается от холодного периода. Обычно день встречали чуть ли не с первыми лучами солнца. Раньше мне казалось, что взрослые прямо из кровати шли на улицу проверять свои посадки. Кто-то с самого утра собирался к дому Рябниковых, чтобы успеть приготовить завтрак из свежих яиц и дополнить его парным молоком.

Павел и Людмила Рябниковы жили в другом конце от нас. Эта пожилая семейная пара — единственные люди, которые сохранили домашний скот, как крупный, так и малый. Были у них и коровы, и козы, а также куры. До размеров фермы им, конечно, было далеко, но и этого хватало, чтобы достойно зарабатывать на жизнь. Например, молоко и яйца покупались только «у своих», а в сторону магазинных никто и не смотрел.

Но сегодня дворы за калитками пустовали. Не видно ни единой души. Зато в окнах у кого-то видела свет, нона улицу никто не выходил.

— А чего ты удивляешься, Танюш, — со вздохом протянула ба. — Погода стоит отвратительная. Как в такую работать в огороде? Вот и ждут полудня в надежде, что наладится.

— Хочешь сказать все о своём хозяйстве резко позабыли из-за погодных условий? — с сомнением спросила я, заглядывая в знакомые с детства дворы за оградами.

— Нет, конечно, — фыркнула бабушка, посматривая на меня, как на маленькую. — Выползают из нор ближе к десяти, как понимают, что солнца так и не будет. Ты как будто приезжая из города, удивляешься не пойми чему.

И вот как ей объяснить?

Меня поразило, что люди оставались дома, хотя плохая погода никогда не останавливала деревенских жителей от их каждодневных забот. А сейчас… Пустые дворы, пустые тропки между домами, даже домашних животных не видно. Ни собак, ни кошек…

Деревня стояла будто мёртвая.

— Люди чувствуют нехорошие вещи, внучка, — задумчиво проговорила бабушка, посматривая по сторонам, как и я. — Они ощущают опасность по-другому, не как мы с тобой. Плохое самочувствие, давление, обострение болезней, настроение далеко не радужное… Вот и сидят все дома. Дело не столько в погоде, сколько в ощущении приближающейся беды. Погода изменчива и к её сюрпризам давно все привыкли, но она не смогла бы загнать всех по домам, а вот опасность так и витает в воздухе.

— Я ничего не чувствую, — возразила я, не желая признавать, что странности вокруг не связаны с изменчивостью климата.