Онлайн книга «Ведьмы Зелёной Волши»
|
— Ваш личный преподаватель в любовных делах, — со смешинками произнёс он, отвесив шутливый поклон. — Ярослав Покровский. Мне нечего было ответить. Стояла и хлопала глазами, как последняя дура. Но потом был ещё один поцелуй… ...Стоило оттолкнуть его. Потребовать нужные, подобно воздуху, объяснения, но мои мысли смели прочь мужские руки, вновь крепко прижавшие меня к сильному телу. Тёплое приятное дыхание, мягкие губы, быстро захватившие в плен мои. Второй поцелуй в моей жизни был гораздо медленнее, чем первый. Яр давал возможность прочувствовать его движения, пытался аккуратно научить… Домой в тот вечер я вернулась позднее обычного, но почему-то это не вызвало никаких вопросов у моих родственниц. Они будто и не заметили, что их дочь и внучка отсутствовала до полуночи. Тогда Ярослав впервые проводил меня до дома. Сам остался в тени деревьев, наблюдая, как поднимаюсь на крыльцо, как неловко подняла руку, чтобы помахать на прощание. Он лишь улыбнулся на мою попытку распрощаться. Мы расстались до следующего вечера. Сговорились встреться в нужное время на том же месте. На своём втором свидании — на самом деле я не знала, как ещё назвать эти встречи — мы тоже не говорили… …Общение наладилосьлишь после того, как мы обменялись телефонами. Тогда первая робкая переписка переросла в интересный диалог. Мы узнавали друг друга постепенно, не поднимая при этом главную тему. Всё, что было до этих встреч, осталось далеко в прошлом. Я больше не была «Морозовой», а он не был «Покровским». Конечно, никто из нас не придумывал дурацкие клички так популярные у наших сверстников, но обращение по фамилии тоже осталось в том прошлом, до первого поцелуя. Словно невидимая граница разделила моё восприятие одного и того же человека на «до» и «после». Наши встречи представлялись мне неким таинством, о котором не принято рассказывать друзьям или близким. Я оставила этот хрупкий мир только между нами. Вот ты живёшь своей обычной жизнью, периодически радуя окружающих дурацкой улыбочкой, с которой не можешь ничего поделать, потому что губы сами разъезжаются в стороны... А вот вы уже вдвоём и весь мир сходится на ваших крепких объятиях, жарких поцелуях, от которых горят лицо и уши. В такие моменты сердце трепетало радостью, лёгкие наполнялись ароматами прохлады, идущей от речки, цветов, которые только начинают цвести… Май прошлого года ворвался в мою жизнь ароматами черёмухи и сирени, сладкими поцелуями у пушистых бело-сиреневых кустов, источающих пьянящий запах. Но так уж вышло, что именно сирень стала символом моего разбитого сердца. Вместе с ней отцвела первая любовь, сменившаяся горечью солёных слёз. В тот последний вечер всё было как обычно. Стояла прекрасная погода, на горизонте маячило манящее лето, обещавшее только счастье… Вот только всё обернулось пылью, когда Яр резко отстранился, не объясняя причины, прерывая наш поцелуй. С отступлением апрельского холода, у нас вошло в привычку сидеть на земле, прячась от редких прохожих в тени деревьев, росших вдоль берега. За то время, которое мы провели вместе, нас ни разу не застали знакомые. Мы ловко избегали посторонних глаз до того самого вечера. Печальная реальность ворвалась в наш хрупкий мир в лице Никиты Стрельникова, чью физиономию я меньше всего мечтала увидеть в такой момент. |