Книга Последняя Ева, страница 67 – Сарра Джейн

Панель управления бункером не поддавалась.

Хранитель чувствовал, как ярость пульсирует в висках, и с раздражением осознал, что снова до режущей боли закусил губу. Поймав себя на этом, он поморщился. К счастью, маска, ставшая для него уже второй кожей, надежно скрывала все эмоции. Да и в окружающей суете никто не всматривался в него — хоть какая-то польза от этих никчемных людишек. Его выдавали лишь сжатые кулаки.

Он с брезгливостью окинул взглядом консоль.

Ржавая, покрытая пылью, с потрескавшимися экранами и допотопными переключателями — реликвия доядерной эпохи. Дохлая, забытая всеми технология. И почему эта рухлядь оказалась под Эдемом-5? Неужели жалкие смертные считали себя неуязвимыми и даже не удосужились проверить свои убежища? Лицемеры! Трещат о генетических прорывах, а о базовой защите не подумали. Хранитель раздраженно выдохнул. Пусть это станет им уроком.

И отличным уколом в сторону его отца.

Он сделал очередную попытку подключиться. Нейроадаптер в его виске, пытаясь найти цифровой след в аналоговом хаосе, отозвался пронзительной болью. Мужчина устало потер глаза. Рана, полученная совсем недавно, тоже давала о себе знать. Кто бы мог подумать, что та белокурая ева окажется такой юркой и шустрой? Умудрилась ударить его камнем по голове, хотя он всего лишь пытался увести её от непристойной сцены. Он едва сдержал усмешку, вспомнив инцидент в лаборатории. И с чего в его голове вообще возникла такая идиотская идея? «Наказать»? А потом ещё и позволил себе лишнее. И после этого он будет называть себя человеком Церкви?

Хранитель резко мотнул головой. Надо выбросить из мыслей образ этой девчонки! Но он до сих пор не понимал, как ей удалось в ту ночь выбраться из жилого корпуса? Слишком много вопросов, на которые сейчас не стоило искать ответов.

Мужчина переключился на первостепенную задачу.

Очередная попытка провалилась. В ответ лишь статичный шум и скрежет устаревших протоколов. Панель снова отвергла ментальный приказ, и в затылке вспыхнул белый огонь боли.

Слишком старое. Бесполезное!

Он с силой сжал кулак, с трудом сдерживая порыв разнести эту рухлядь вдребезги.

Нейроадаптер, вживленный в кору мозга, требовал совместимости, которой у этих окаменелостей не было. Другого варианта не оставалось.

Придется опуститься до ручного труда.

Его движения были точными и выверенными, но в них читалась холодная ярость, направленная на несовершенство системы. Легким мысленным приказом он активировал сервоприводы. Механика зажужжала, усиливая хватку. Он с раздражением снял защитную панель, выкрутив проржавевшие винты усиленными пальцами.

Внутри его встретил хаос проводов, древних чипов и реле, покрытых вековой пылью. Хранитель извлек из порта на запястье тонкий кабель с биометрическим разъемом и воткнул его в окисленный порт. Искры посыпались на пол, когда он ввел на мини-экране экзоскелета код.

Реле пришлось переключать вручную. Обходя цифровые барьеры, он сначала вывел систему из спячки. Резервное тусклое освещение сменилось на яркое, и по бункеру пронесся общий вздох. Под маской Хранителя промелькнула кривая, самодовольная улыбка. Людишки… Как они радуются обычному свету.

Моментально забыв о них, он продолжил. Ввел диагностический код, стуча по запавшим, грязным клавишам. Экран мигнул, показав устаревший интерфейс. Зеленые строки на черном фоне замелькали, словно суетливые букашки. Он взломал шифр и цифровую оборону. Панель ожила, и связь с Содомаром наладилась. Он отсоединил кабель, захлопнул крышку, но в его движениях сквозила ярость — система была слишком примитивной, недостойной его.