Книга Хозяйка пряничной лавки, страница 55 – Наталья Шнейдер

Я уже почти открыла рот, чтобы выдать сию медицинскую рекомендацию, когда поймала его взгляд.

Цепкий. Внимательный. Напряженный.

Он ждал. Ждал, что я сейчас вспылю, швырну «подачку» и выбегу в слезах, оставив его в гордом одиночествеи с чувством морального превосходства. Или, наоборот, начну ломаться, жеманничать, набивать цену: «Ах, что вы, я спасала вас не ради денег»… А потом, конечно, возьму.

Либо возьму сразу, рассыпавшись в подобострастных благодарностях. Двадцать пять отрубов. Две с половиной коровы, если бумажные деньги здесь стоят столько же, сколько металлические.

В любом случае он купит компенсацию за свою ночную беспомощность. За то, что прибежал за спасением к глупой купеческой дочери.

Я взяла ассигнацию. Сложила вдвое, чтобы вошла в карман фартука.

— Мы в расчете, Петр Алексеевич.

Он моргнул.

— Полагаю, сумма верная, — деловито сказала я. — Вызов доктора — экстренный, ночной тариф — пять отрубов. Услуги посыльных — Нюрка бегала за лекарем, тетка к Северским — еще отруб. Моральный ущерб за испуг девчонки, которую чуть кондратий не хватил, — пять. Восстановление нервной системы тетушки Анисьи, лицезревшей ваше посинение, — еще десять. Итого — двадцать один отруб. Остальное — доплата за срочность и транспортировку вас в ваши покои.

Я выдержала паузу и добавила с легкой улыбкой:

— А мой обморок от магического истощения, так и быть, в счет включать не будем. Бонус постоянному клиенту.

Громов фыркнул, снова принимая высокомерный вид.

— У купеческой дочки не может быть магического истощения. Потому что не может быть магии. Не выдумывайте, чтобы набить себе цену.

Я выдержала его взгляд.

— У дворянки Ветровой есть магия. И вы, Петр Алексеевич, об этом прекрасно знаете.

Он сжал челюсти, но ничего не сказал. Потому что мы оба знали — он видел, как я выгнала со двора муженька. И, что важнее, понял, кто вталкивал в него воздух.

— Всего доброго, Петр Алексеевич, — сказала я, разворачиваясь к выходу.

Уже взявшись за ручку двери, я обернулась.

— И, кстати… Сколько будут стоить ваши уроки грамоты? Теперь, когда я при деньгах, я могу себе позволить расплатиться за них.

В его глазах промелькнуло искреннее возмущение. Предложить дворянину плату за урок, будто семинаристу-недоучке?

— Оставьте ваши капиталы при себе, — прошипел он. — Я обещал, что научу вас грамоте, а дворянское слово, в отличие от купеческого, не продается и не покупается.

— Слово. Но не дела. Все имеет свою цену.

Свою жизнь ты оценил в две с половиной коровы. А свое время?

Конечно же, я не стала говорить это вслух, но постоялец, кажется, прочел это на моем лице. На челюсти заиграли желваки.

— Я не гувернер по найму, Дарья Захаровна. Считайте это чаевыми.

Один-один.

Хотя нет.

Он думал, что унизил меня. Только хорошие чаевые — это показатель хорошей работы. А я получила очень хорошие чаевые — бесплатного репетитора уровня столичного чиновника. И я буду не я, если не вытрясу из этого максимум. Не только грамоту, но и информацию об этом мире — сколько получится.

Если он готов ради спасения своей уязвленной гордости тратить на меня время бесплатно — я не против. И пусть называет это как угодно. В этом раунде я получила деньги и бесплатное обучение. А он — иллюзию превосходства. Два-ноль в мою пользу.

— Благодарю вас за щедрость, — кивнула я. — Я вернусь к восьми за своими чаевыми.