Книга Загадки прошлого, страница 6 – Александра Антарио

В это хотелось верить, но не верилось, поэтому для себя Джул решила, что слишком задерживаться не станет. Дождётся, когда резерв достаточно стабилизируется, а она сможет обходиться без постоянных корректировок схемами, и уйдёт. Но если что, самый критичный период — первые несколько дней, пока действует максимальный уровень схемы Сентара, потом уже будет проще.

Вот только, похоже, архимаг действительно неплохо её знала, потому не стала напирать на риск для здоровья и магических способностей, а зашла с принципиально другой стороны:

— Ты ведь прекрасно понимаешь, какой прорыв может дать это твоё тёмное целительство. Если получится разобраться, как это повторить хотя бы в теории, это действительно будет прорыв. Ты отлично показала на Кубке перспективы, а, значит, их осознаешь. Но, если я правильно понимаю, до успеха тебе в этом направлении ещё далеко. — Джул вскинулась. Она не сказала бы что далеко. Иу миледи ир Вэй была возможность в том убедиться. — Первые наработки есть, да, ты это хорошо показала с той пространственницей, но что дальше? Если ты обошла взаимодействие, использовав вместо некромантских схем свой врожденный дар, этот способ не годится никому кроме баньши. А у вас, как правило, с целительством, тем более достаточно сложным, обычно не ахти, так что считай никто кроме тебя повторить это не сможет. Скажешь не так? — Джул промолчала. — Но раз обойти в принципе вышло, значит, это почти наверняка можно повторить иначе, вопрос как. Тебе нужны теоретики и ресурсы чтобы это развить, книги, артефакты, лаборатория, возможности для практики, банально возможность не бежать и скрываться, а нормально работать. И ты отлично это знаешь, иначе бы не поступила в академию снова.

— И вы готовы мне эти возможности дать? Ради чего?

— Готова, — кивнула архимаг. — Что до моих мотивов… Может, мне мало собственных достижений, и я хочу войти в историю?

— Не смешите. Вы в неё уже давно вошли.

— В историю развития целительства, возможно, но кто вспомнит обо мне спустя лет двести кроме студентов, готовящихся к экзаменам? Я, может, не хочу, чтобы меня поминали только эти несчастные, пытающиеся запомнить всех архимагов целительства за последние пятьсот лет или бьющиеся над тем, чтобы разобраться в моих схемах.

— То есть честолюбие, — прозвучало с сомнением.

— А ты скорее поверишь в моё бескорыстное желание совершить тот самый прорыв, о котором ты на Кубке говорила, ради мира и людей?

— Вот уж точно нет. — При всех её недостатках бескорыстной идеалисткой ир Вэй не была. Но это и к лучшему.

— Вот то-то же. А признания, дорогая моя Джулия, хочется всем, кто занимается наукой. Даже когда они утверждают, что не хочется, — поделилась опытом архимаг. — Или скажешь, тебе не хочется защититься на магистра? Вон, веара в Леонии ведь защитилась. И не в под сотню годиков, а ещё и до тридцати не дожив. Скажешь, ты ей не завидовала? Ты-то ведь знаешь, что давно могла бы защитить диссертацию. Ещё тогда, сразу после академии, могла, а уж тем более сейчас.

Могла, это Джул понимала и сама, просто решила, что магистра ир Блайта с неё довольно и, получив диплом, не стала поступать в аспирантуру, как от неё ожидали, а уехала куда подальше. Понимала, что этим вызовет вопросы,но рисковать быть разоблаченной ещё кем-то была не готова.