Книга Загадки прошлого, страница 130 – Александра Антарио

— Нет, но ты могла убедить его остаться. Попытаться хотя бы.

— Чтобы уже его заперли в подвале? — едва слышно с горечью поинтересовалась Летиция.

— Мне казалось,ты сама решила остаться там?

— В итоге да. Но кто сказал тебе, что я не хотела выбраться, когда только встала? Не хотела найти Кевина или хотя бы выяснить, что с ним случилось? Тебя ведь привели, когда прошёл уже не один год!

Ир Гранди вздохнул и никак комментировать это не стал. Решение архимага ир Нистаре, занимавшего пост в Совете, когда Летиция встала личем, он осуждал, но ничего изменить уже не могли ни это осуждение, ни сообщение о нём старой знакомой.

— Он хотел вернуть друга, — резко вернулась к разговору об ир Ламарте женщина. — Винил себя за его смерть. Надеялся, что тот встанет личем, но обследование аномалий спутало ему все карты, надеялся хотя бы призвать дух, но и это не удалось. Я постаралась объяснить ему, что не все и не всегда хотят быть личами и лучше уж дать ему спокойно упокоиться. Сколько бы твоей вины не было в чьей-то смерти, исправить это уже невозможно. Если не удалось вернуть сразу, возможно, лучше отпустить. Да, иногда это сложнее, но разве не эгоистично пытаться кого-то удержать в мире живых ради себя? — женщина посмотрела на свои руки. — Решение Кевина защитить меня от упокоения я принять не могу до сих пор. А он — всё же мой муж. Да, он не знал, что моё тело перенесут в подвалы МАН, но всё же. Даже если он винил себя в моей смерти, ему не стоило накладывать защиты. Потому что я быть личем не хотела. И это я ещё встала высшей нежитью. А если бы каким-нибудь зомби?.. И в случае с его приятелем гарантий ведь тоже никаких не было, но он всё равно оставил его в аномалии, всё равно надеялся, присматривал… Теперь вот духом решил вытащить. Вот только нужно ли это было его другу или же это говорило чувство вины в самом мальчике?..

Ир Гранди помрачнел. Ему эти чувства были более чем понятны. И Летиция запоздало сообразила, что не только в том контексте, который имела в виду она, военном, когда не успели прийти на помощь, не прикрыли щитом, угодили в ловушку и прочее. У него была Ронда. И за её смерть он тоже наверняка себя винил. Что бы тогда не произошло, даже если ошиблась она сама, это произошло у него. И вернуть её к полноценной жизни он не смог просто из-за того, что сам был мёртв, а схемы возврата не даются личам.

— Прости. Я не хотела тебя задеть.

— Ты не задела. Просто напомнила кое о чем, — мужчина смотрел в окно.

Помолчав, она осторожно заметила:

— Мне жаль, что так вышло с Рондой.

— Мне тоже. Но как минимум в одном ты права: этого уже не изменить. Мы можем только жить с грузом вины и последствиями. В случае Ронды их хотя бы удалось минимизировать.

Вопреки ожиданиям их друзей-некромантов гонять менталистов на полигоне по одному ир Вильос не стал, остановился на парных прохождениях со сменой партнера. У них были те, кто с простым или даже средненьким по сложности полигоном мог справиться и в одиночку, но магистр слишком хорошо представлял, к чему может привести внушенная успешным прохождением ложная уверенность в своих силах. Вести же их для развенчания той на практику в Астаресу, как это делали с прикладниками, — уже явный перебор. Они всё же менталисты, даже в условиях столкновения с нежитью их основная задача — обеспечение связи между некромантами, а боевая некромантия нужна им, чтобы уметь за себя постоять, отбиться, если боевые некроманты отвлеклись на какую-то сложную нежить или если что-то пошло не так. Потому ограничился полигонами чуть посложнее и парной работой.