Книга Призраки и духи, страница 205 – Александра Антарио

— Видимо, и решили.

— Видимо. Ума не приложу, что с этим делать. Одна надежда, что совместное задание заставит их собраться.

О чём он, Оливия знала: задание для практики они придумывали втроём, с учетом очень разных возможностей практикующихся курсов. Все же при годе разницы в сроках обучения, разница в знаниях между первым и вторым курсами была огромна, да и между академиями имелась, так что следовало как-то уравновесить шансы. Поэтому от МАН решили сделать смешанные пары — студент с первого и студент со второго. У версцев на первом курсе практика была совсем другая, потому их втягивать в это не стали. Третий и четвертый курсы в практике тем более не участвовали: после третьего курса практика была уже производственная, в зависимости от выбранной специализации, придуманное альтернативой ей быть не могло, а у четвертого курса преддипломная практика предполагала работу над дипломом. Хотя кое-кого из местных старшекурсников по словам Нэльса они привлекли для помощи.

— Если у вас с Нэльсом все получится, должно выйти интересно.

— Надеюсь. Хотя на сегодня у меня задача, похоже, не дать первокурсникам, когда они поймут, что их усыпили, разругаться со второкурсниками.

— Скорее не дать второкурсникам снова их усыпить, когда первый решит пойти выяснять отношения, — возразила на это Оливия. Магистр не сдержал стона. — Хочешь, останусь и помогу?

— Второму курсу или мне? — супругу Малькольм, как и её нелюбовь к скандалам, отлично знал.

— По ситуации посмотрим, — усмехнулась менталист-лекарь.

— А Жени?

— Тётушка присмотрит. Да и едва ли она встанет раньше обеда.

Поразмыслив, прикладной менталист кивнул. Не то что бы сомневался в своих силах, скорее просто решил, что Оливия с объяснением, почему не стоит накладывать на других принудительные сонные внушения, справится лучше.

Так собственно и вышло. Притихший второй курс сидел, потупившись, но надо отдать им должное, даже те, кто к наложенному внушению отношения явно не имел, об этом не заявляли, предпочитая выслушать нотации, но товарищей прикрыть. Чего у них было не отнять, так это вот этой молчаливой поддержки и вообще сплоченности.

С первокурсниками было сложнее, эти пока так не обтерлись, в основном держась небольшими группками, в которых и тренировались, и общались. Несколько особняком от остальных стоял Тео ир Никсер, изначально выделявшийся и из-за того, что был из некромантской семьи, и из-за того, что поступил лишь бы не поступать на некромантию, и наконец из-за того, что почти весь первый семестр валял дурака, не слишком стремясь к новым знаниям.

Ту же трудолюбивую, дотошную Беатрис, год назад не поступившую в АПиС из-за махинаций Лейеля и после этого вгрызшуюся в учебники сначала по ментальной, а потом, после победы МАН в Кубке, и по некромантии, это в нём раздражало просто невероятно. Да и остальных тоже. Поэтому постоянным партнером на практиках для Тео сумел стать только флегматичный донельзя нелюдимый Эрик. У этого просто были сложности с социализацией, из-за чего приятельских отношений он ни с кем не завязал, вот и остался лишним и достался в качестве напарника ир Никсеру. Малькольм, честно говоря, надеялся, что Теодору удастся Эрика растормошить, вот только тот сдружился с боевиком и с однокурсником общался только на парах и в рамках подготовки к ним.