Книга Магические взаимодействия, страница 71 – Александра Антарио

— То есть вы, магистр, полагаете, что абитуриент вашими стараниями не поступивший на первый курсспособен изменить воспоминания так, чтобы я этого не заметил? — поинтересовался Малькольм, глядя эльфу в глаза, но держа при этом самую мощную защиту из возможных (воздействие при всех было маловероятно, но рисковать ир Ледэ не хотел).

— Про то, что абитуриент не поступил, ранее никто не говорил, — пожал плечами остроухий интриган. — Я полагал, речь об одном из нашихпервокурсников, — намёк был кристально ясен, — возмущенных низкой оценкой, возможно, платников. Но если речь о не прошедшем отбор кандидате то да, едва ли он мог подправить воспоминания незаметно для магистра ментальной магии. Сам, по крайней мере.

Каких трудов ир Ледэ стоило сдержаться и как минимум не высказать всё, что он думает на этот счёт, знал только он: защиту вокруг разума менталист выстроил слишком плотную, чтобы остальные могли без усилий и специальных заклятий его читать.

— Полагаю, магистр Лейель прав. Предоставьте нам этого абитуриента, магистр ир Ледэ, чтобы мы могли беспристрастно оценить его воспоминания. И решить, стоит ли продолжать расследование.

— Или абитуриентку, — вставил представитель дивного народа с вежливой улыбкой.

— Да без разницы кого именно, — в отличие от Малькольма зав. кафедрой намёка не понял. — Любого абитуриента в отношении которого были совершены нарушения.

Дерек с беспокойством коснулся разума друга, ненавидящим взглядом сверлящего противника:

«Успокойся. Ты ему ничего не сделаешь: он менталкой лучше тебя владеет. Да и не только ей».

«Знаю», — ответил ир Ледэ мысленно. И уже вслух выдавил:

— Я постараюсь.

— Вот и прекрасно, — ир Тике поднялся. — На этом у меня всё, господа.

Больше ни на кого не глядя, Малькольм сразу же дематериализовался.

В себя пришёл как обычно быстро, но ещё несколько минут лежал, пытаясь справиться с эмоциями. Не сумев, спустился вниз, трясущимися руками налил себе кофе.

— Всё так плохо? — поинтересовалась магистр Аделия, появляясь в дверях.

— Жени занята? — уточнил он у добровольной няньки ребенка.

— Играет, не волнуйся. Так что случилось?

— Чарльз рассказывал тебе про подтасовку на вступительных на менталистику? — спросил он, прежде чем начать рассказ. Получив подтверждающий кивок, продолжил: — Эта остроухая… — приличный синоним подобрался не сразу, — зараза требует очной ставки. А я несобираюсь вмешивать в это ир Росси и ломать ей карьеру из-за одного придурка.

— То есть отступишься?

Менталист покачал головой:

— Попробую узнать, кто ещё из наших менталистов поступал в АПиС и что видел. Вполне может быть, что если не у них самих, то у кого-то сдававшего вместе с ними тоже была такая ситуация. Хотя их я бы, если получится, тоже предпочел не впутывать.

— А если ему нужно было пропихнуть кого-то одного? — алхимичка тоже налила себе кофе. Ночь обоим предстояла долгая. Причём в её случае даже более долгая, чем в его.

— Даже если так, для этого всё равно недостаточно было срезать одну ир Росси: мог появиться кто-то со связями или положением, олимпиадники, наконец. В общем тот, от кого избавиться сложнее чем от девчонки из провинции, без медали и пусть и с хорошими баллами, но не блестящими.

— А не наши первокурсники, а те? — задумчиво поболтав остатки напитка в кружке, спросила женщина. — Они ведь тоже могли что-то заметить. Да и если кто-то слабо сдал вступительный, едва ли он мог бы быть сразу на одном уровне с остальной группой.