Книга «Непрофильный» факультет, страница 20 – Александра Антарио

— Спасибо!

— Грех не помочь таким очаровательным некроманточкам, — подмигнул парень. Разубеждать его они не стали. Да и он уже скрылся за поворотом дорожки.

До готовки дело в этот день уже не дошло: они слишком устали, бегая туда-сюда, а потом разбирая вещи. Хотя продукты (из числа нескоропортящихся, так как холодные лари стоили запредельно дорого) они купили. Переглянувшись, девушки направились в столовую.

Дорогу через корпус Иль знала, так что решили идти именно так, а не выспрашивать опять у встречных, как пройти туда с улицы. По счастью, несмотря на позднее время (было уже ближе к восьми вечера), корпус оказался открыт. В коридорах, добавляя им мрачности, горели магическим светом факелы.

— Ты вроде говорила, что твой отец — алхимик? — спросила Лия, когда они шли по пустому в этот час коридору.

— Да. Папа — алхимик, мама — целитель. А что?

— А сама ты в алхимии что-нибудь понимаешь?

— Кое-что. Меня пытались учить, но мне никогда не было это по-настоящему интересно.

— Почему?

— А, сама не знаю. — Помолчав, призналась: — Вообще-то, была одна история в детстве, которая отбила у меня желание алхимией заниматься. Но я и до этого-то не слишком ей увлекалась, если честно.

— Что за история, если не секрет? — заинтересовалась алхимичка.

— С перевернутым эликсиром окрашивания. Мало того, что сама в зелёный окрасилась, так ещё папа заставил самостоятельно варить новую партию: у него заказ был от ткачей. С первого раза у меня, разумеется, не вышло. Как и со второго. — Лия зафыркала, сдерживая смех. — В общем, в папину лабораторию я после этого соваться расхотела. Чего он и добивался, собственно. Правда, не учёл, что эффект будет многолетним.

Они поднялись по лестнице, ведущей к кабинету ректора, до перехода. Его тоже никто не запер, так что девушки без проблем преодолели десяток метров и вошли в столовую.

— Осторожнее, здесь ступеньки, — предупредила Иль.

В большом зале, освещавшемся всё теми жемагическими светильниками, было гораздо оживленнее, чем в коридорах. Видимо, уже вернувшиеся с каникул студенты и преподаватели тоже предпочли собственной готовке столовскую. По этой же причине на раздаче толком ничего не было. Взяв что поприличнее из оставшегося, новоиспеченные студентки расплатились и направились к ближайшему столику, коих тут стояло, наверное, десятков пять, если не больше.

— А ты из мещан, да? — спросила Иль, утолив первый голод. Приставка «ри» перед фамилией свидетельствовала именно об этом; родившиеся с даром в магических семьях носили приставку «ир», даровавшуюся их родителям (в случае её отсутствия) вместе с дипломом об окончании академии; аристократия «ли» или «ла» в зависимости от титутулованности; купечество, себе дворянство ещё не купившее, «ди»; а крестьяне приставок не имели вовсе.

Розалия кивнула и, прожевав, ответила:

— Мама — учительница в школе, а папа в городском оркестре играет.

— На чем?

— Виолончель. Я сама на скрипке училась. Недолго, это у меня как с алхимией у тебя. Зато мой младший брат, наверное, пойдет по папиным стопам. Дара у него нет, мне он от бабушки с маминой стороны, похоже, достался. Она артефактором была, погибла при неудачном эксперименте. Поэтому мама магии учиться не стала, хотя какой-то дар у неё есть. А меня уже просто удержать не смогли. Да и силы у меня побольше, чем у неё. Четвертый уровень.