Книга Мышь и драконье пламя, страница 40 – Агата Лэйми

Пожирала взглядом Коула, любуясь каждым миллиметром его обнаженного мускулистого тела, задержавшись на животе и опустив взгляд чуть ниже. А вот штаны он не спешил расстёгивать. И, проследив за моим взглядом, нахально ухмыльнулся, да так, что меня мгновенно бросило в жар.

Книжки, стопки тетрадей, карандаши и полупустая пачка сигарет в мгновение ока одним резким движением отправил со стола на пол, вызвав испуганный писк, что против воли вырвался из моей груди.

Сильные руки подхватили под бёдра, поднимая и перенося на злосчастный стол, породив испуганное пищание в груди, которое было беспощадно заткнуто властным поцелуем, жадным и требовательным. Углубил поцелуй, исследуя рот, в то времякак руки шарили по телу, сжимая, лаская и заставляя извиваться под ними, желая большего, намного больше чем руки, которые сейчас доводили до исступления. Стон потонул в его губах, в то время как его колено совершенно бесцеремонно, напористо раздвинуло ноги. Ногти царапнули его спину, вынудив Коула зарычать прямиком в губы, не прерывая поцелуй, а лишь углубляя его… его рука скользнула ниже, добираясь до самого сокровенного места.

Очередной стон осел на его губах, прежде чем он успел отстраниться, продолжая ласки одной рукой, заставляя выгибаться, подаваться ему навстречу.

— Коул, — стон, почти уже всхлип, жалостливый, умоляющий.

— Ты, — выдохнул с хрипотцой в голосе, настолько притягательной, что хотелось выть. Глаза буравили взглядом внимательным пристальным, — пойдёшь со мной на свидание?

— Сейчас? — вопрос, который застал меня врасплох. И Коул меня спрашивает вот сейчас, в то время, как я почти насаживаюсь на его пальцы, изнывая от желания? Кто вообще так приглашает? Коул. Конечно Коул.

— Нет, позже. — хриплый голос, звяканье пряжки ремня. — Так что?

— Да, — выдохнула, замерев, вглядываясь, в его глаза.

Он ведь не шутит, не шутит? И, наверное, я бы ликовала от восторга, прыгая по комнате, прижимая руки к груди, если бы момент был другой! Другой!

— И куда ты меня везёшь? — оторвалась от созерцания дороги, проносящейся мимо нас на бешеной скорости.

Я не уверена, что нам не влетит. Хоть после нападения Фиби нас и отстранили на пару дней от занятий в академии, давая возможность прийти в себя, но не уверена, что можно покидать её территорию… Выходить по вечерам, после занятий, никто не запрещал. Но сейчас…

Особенно сейчас, учитывая нашу ситуацию с меткой. Осторожно провела подушечкой пальца по запястью, касаясь того самого места, где она располагалась, переливаясь красноватым цветом, словно замедленное орудие убийства, что готово рвануть в любой момент.

И она даже не жгла. Почти не жгла, что странно, потому, что до этого временами напоминала о себе, не давала мне покоя. Почему, почему сейчас этого не было? Что изменилось? Быстрый взгляд в сторону дракона, от которого за версту несло сигаретами. Внутри что-то шевельнулось, слабо закопошилось, словно сонный зверёк. Что-то изменилось. В нём.

— На свидание… Или ты забыла, Ме-е-ейси? — и вновь дразнящий тон, пробирающий до мурашек, до одури, до граничащего с сумасшествием желания поцеловать, впиться в его губы со всей жадностью и плевать, плевать, что Коул сейчас за рулём.

И это похоже на последний хлюп утопающего: опытки через бульканье и заливающуюся воду вдохнуть воздух перед тем, как утонуть, погрязнуть в воде, что утащит тебя на самое дно.