Книга Мышь и драконье пламя, страница 3 – Агата Лэйми

— Да мне плевать! — гаркнул он, выпустив струйку пара из носа. От его крика стены академии задрожали. — Что ты сделала вчера, Ме-е-е-е-йси, — передразнил.

— Заклинание, — пролепетала, смутно вспоминая вчерашнее, а вспоминать как не хотелось.

— Какое? — с нажимом в голосе повторил Коул, явно теряя терпение.

— Из библиотеки, что-то про любовь, — пролепетала, прижимая руки к груди, где сердечко билось так сильно.

— Что здесь происходит? — строгий голос ректора заставил меня вздрогнуть и вжаться в стену ещё больше. Только этого не хватало! А сейчас так хочется превратиться в мышь и забиться куда-нибудь подальше.

— Мейси, — Коул послал в мою сторону гневный взгляд, — поставила на нас брачные метки, — на этих словах он красноречиво продемонстрировал улику на запястье, а я пискнула ещё сильнее.

Мистер Гудман тяжело вздохнул, оглядел нас с ног до головы.

— Пойдёмте в мой кабинет, не стоит устраивать представление здесь, — он обвёл взглядом уже собравшуюся толпу.

Кабинет Мистера Гудмана находился на четвёртом этаже академии и был самым нелюбимым местом для всех. Здание было оснащено с использованием современных технологий, здесь даже имелся собственный магический вай-фай, но вот лифт! Лифта здесь не было, и на четвёртый этаж мы поднимались пешком, а чем ещё был плох его кабинет? А тем, что лестница к нему была узкая и построенная спиралью. Впереди шёл ректор, а сзади меня Коул прожигал взглядом, под которым хотелось съёжиться и пищать.

В самом кабинете пахло лимоном и мятой, и я была здесь совсем не частой гостьей. На столе располагался большой монитор, стопка бумаг и карандашница.

— Покажите руки, — сурово произнёс он и мрачно оглядел метки на наших запястьях, и чем дольше Мистер Гудман на них смотрел, тем сильнее мне хотелось испуганно запищать, поджав под себя лапки и хвост.

— Скажи, что их можно снять, — прорычал Коул, выпуская облачко пара и послав ещё один уничтожительный взгляд в мою сторону.

Будто бы я и без этого не знала, что он меня ненавидит! Никогда больше не буду трогать неизвестные мне заклинания и пить больше не буду, да и вообще! Из кровати своей не выйду никогда, до конца времён останусь там в ворохе подушек!

— Нет, нельзя в течение месяца, — мрачно подытожил ректор. — Если разорвать помолвку в течение месяца, то вы оба умрёте ужасной и мучительной смертью.

Мрак! И во что я только вляпалась! Под убийственным взглядом Коула стало ещё более неуютно.

— Отец убьёт меня раньше! — вскочил, уронив кресло, и стукнул ладонью по столу. — Через две недели у нас должна быть помолвка с дочкой влиятельного бизнесмена, у него сеть гостиниц, — что-то мне показалось, что на этой фразе Коул скис.

— Я разберусь с этим, — покачал головой Мистер Гудман. — Но прервать действие заклинания не выйдет, любое вмешательство, попытка изменить, снять может грозить вашей смертью. А ещё…

Что ещё? Разве уже недостаточно ужасно?!

— Вы связаны, поэтому,если одному из вас грозит опасность, то другой чувствует то же самое, механизм заклинания достаточно сложный, оно связало вас не просто так и будет подталкивать к сближению.

— Брехня! Я никогда! Не сближусь! С этой! Мышью! — чеканя каждое слово, ледяным тоном произнёс Коул и, круто развернувшись, зашагал к двери.

— Мейси! Меня зовут Мейси!

За одно утро, буквально, наверное, за полчаса я умудрилась довести двух драконов до белого каления. Коул, который и раньше меня ненавидел, теперь, кажется, был готов сжечь, лишь бы избавиться от метки. И как я только умудрилась это сделать?!