Онлайн книга «Среди чудовищ»
|
— Нравится? Нравится, как я делаю? — спрашивает он, не сводя поглощающего взгляда с моего лица. Скулеж вырывается из горла ему в ответ, и Кьелл улыбается — впервые за сегодня — чтобы снова опустить голову. … И пока меня не скрутило, не выломало конвульсиями, он не убирал пальцы, не отрывал языка.В глазах стоят слезы — я быстро вытираю их ладонями, на них расплываются хаотично следы от зубов. Поднявшись, Кьелл берет меня на руки — и мог бы вынести в лес и оставить там в этот момент. К счастью, несет он меня в спальню, чтобы укутать со всех сторон одеялом, а потом прижать к своему животу и груди, уткнуться носом в волосы. Тяжелая рука давит, но не душит, словно пристегивает меня к нему, и тепло разливается по телу, заполняя его целиком. Весь прожитый день кажется прожитым давным давно, кажется страшным сном, увиденным в детстве. — Спи, Лест… спи, солнышко… И я засыпаю. … Утро мягко закрадывается под веки, окружает своей пушистой серостью. Падает снег — опять навалит огромные сугробы, и Бьорн полдня будет расчищать тропки у нашего дома и дома Юллан. Я вытягиваюсь с хрустом, подумываю встать — но у спящего рядом мужчины другое мнение. Теплый и взъерошенный со сна, Кьелл притягивает меня к себе и утыкается носом в шею. — Куда? — Завтрак готовить… — Ой, спи лучше… — Да утро уже… — И что? Спи… Сам он, кажется, еще не до конца проснулся. Я зарываюсь пальцами в его волосы — как же хорошо они пахнут… он стискивает меня крепче, и дыхание влажностью щекочет шею. — Хорошо… погладь еще… В груди пузырится, лопается что-то, и мне хочется тихо смеяться. — Вот так? — Угу… Его объятья пульсируют силой, но тихой, умиротворенной. Потираясь кончиком носа о мою шею, он вжимается теснее — возбуждения в нем я не чувствую, только тихую и робкую жажду ласки и нежности. Ну уж с этим-то я справлюсь. Это я точно могу ему дать. — Тебе никуда не нужно сегодня? — спрашиваю тихонько, перебирая пряди волос. — Не-а. Сегодня Бьорн идет на границу. — Что вы там вообще делаете? — Оберегаем, чтобы не прервалась нигде. Иначе быть беде. О бедах думать не хочется — особенно в пуховой, медленной тишине раннего утра. Прижаться губами к макушке, интуитивно скорее, чем заученно — и выдохом выпустить трепет от касания к шее. Пусть бы это утро длилось подольше. Пусть бы оно вообще никогда не заканчивалось. 4-7 — Не хочешь с нами пойти? Мейлс стоит в десяти шагах от дома и ближе почему-то не подходит. С ней рядом — еще несколько девушек, их лица кажутся мне знакомыми. Наверное, видела на празднике. — Мы идем убирать и снимать украшения, — добавляет женщина, видя мое замешательство. Я растерянно вытираю руки о передник — дома никого нет и не будет до вечера, к Мейлс меня просили не подходить, но тут не только она и зовет она не к себе домой… Явно все это понимая по моему лицу, Мейлс смеется и закатывает глаза. — Боги, вот застращали девочку, скажите? Шагу из дома боится сделать! — Ничего я не боюсь, — бурчу себе под нос. И правда, что я как девочка… если отругают потом — ну, буду знать на будущее… Но не думаю, что в послепраздничной уборке есть что-то дурное. — Сейчас, подождите минутку!.. Мы идем гуськом друг за дружкой по глубокому снегу — его здорово навалило в последние дни, тем больше было мое удивление, когда Кьелл, а вслед за ним и Бьорн в такую непогоду ушли из дому на несколько дней. Я сидела у себя практически безвылазно, даже к Юллан не ходила — и она не приходила ко мне. Кажется, после того вечера нам обеим было одинаково неловко, и требовалось время, чтобы эта неловкость утратила остроту. |