Книга Игла. Сказ о сердце Кощеевом, страница 98 – Елена Кондрацкая

Проход уводил их куда-то вниз, под землю и, должно быть, в небольшую гору, которую они не разглядели за древними соснами. Коридор не петлял, шёл ровно, выдавая чей-то усердный труд. А потом он внезапно стал шире. Дар поднял лампу, подсвечивая большие двустворчатые двери, а затем, поставив её на землю, обвёл всех взглядом, кивнул Игле и плечом навалился на дверь.

Она поддалась удивительно легко, настолько, что Дар провалился внутрь и едва не упал. Игла подбежала к нему, поднимая руку с огнём, чтобы хоть немного осветить мрак…

Но тот исчез сам.

Один за другими принялись загораться лампы и свечи, просторный холл залил мягкий тёплый свет. На полу лежал чистенький ковёр, на котором Дар успел оставить грязные следы. На каменных стенах висели в рамах картины: большие пейзажи, заменявшие подземелью окна. В разные стороны уводили дубовые двери.

Ласка вскрикнула и прижалась к Игле, указывая куда-то в сторону, где из темноты узкого проёма глядели на незваных гостей два огромных жёлтых глаза.

– Здравствуйте? – осторожно сказала Игла, на всякий случай прицеливаясь в нужном направлении.

Из-за двери, высоко подняв облезлый хвост, вышел тощий белый кот. Он поочерёдно моргнул жёлтыми глазами и встал на задние лапы.

– Дорогие гости! – радостно воскликнул он, хлопая передними лапами. – Добро пожаловать в скромную обитель самого великого чародея всех времён и народов! Чего желаете? Чаю? Компоту? Ватрушек? Мой хозяин, великий чародей Белогор, ещё не вернулся домой, поэтому к вашим услугам я, – Кот грациозно поклонился, – трудолюбивый домовой по имени Мяун.

– Проходите, проходите! Чувствуйте себя как дома! – Мяун вёл гостей по длинному коридору, увешанному картинами.

Игла озиралась по сторонам: вокруг ни пылинки, ни паутинки – домовой следил за своими владениями. Вслед за Мяуном они вошли в просторную кухню с вмурованной в камень печью, длинным столом с белой скатертью и чистыми, пусть и старенькими на вид лавками. Над печью сушились травы и грибы, на полках дожидались своего часа банки и бочонки с заготовками – во всём чувствовалась заботливая хозяйская рука. Или, точнее, лапа.

– Знал бы, что прибудут гости, напёк бы пирогов! – Мяун встал на задние лапы и указал на стол. – А так…

Нож выпал из рук Ласки и вонзился в пол, чуть не отрезав Мяуну усы. Тот подпрыгнул, распушив облезлый хвост, и зашипел.

– Простите-простите! Это не я, он сам! – Ласка подобрала нож, но его тут же забрал Дар, пригляделся к нему, раскрыл ладонь – и нож вновь едва не соскользнул на пол. Дар едва успел схватить его за шнурок. Хмыкнув, он привязал нож к поясу.

Мяун ощупал лапами пыльную шерсть на груди, проверяя, не осталось ли ран. Игла прищурилась. Домовой выглядел не так ухоженно, как дом, за которым он присматривал. Сила домовых была прямым продолжением силы их хозяев, а без них она истончалась, постепенно сходя на нет. А Мяун, похоже, свою совсем не берёг.

– Давно Белогора нет дома? – спросила у него Игла.

– Двадцать лет и девятнадцать дней, – ответил Мяун, запрыгивая на печь, чтобы проверить грибы, а Светозар беспечно пожал плечами.

– Так все же знают, что он давно поме…

Игла и Дар одновременно шикнули на Светозара, а тот удивлённо захлопал глазами.

– Чего?

– Он не знает, – тихо сказала Игла и покосилась на Мяуна, хвост которого мелькнул и скрылся за печкой.