Книга Дремеры. Проклятие Энтаны, страница 153 – Алина Брюс

Малый Совет знает – по крайней мере частично – правду о камне-сердце.

– Подойдите к столу для докладов, – велел мне Первый Советник, и я повиновалась.

Вокруг было так тихо, что слышалось шуршание одежды и приглушенный звук моих шагов.

– Какими сведениями вы хотели поделиться с нами касательно названного камня?

Хотя голос Первого Советника звучал сухо, в его глазах я увидела живое внимание. И поняла: Советница Кейла была права, у меня было то, чего им так не хватало, – знание.

Собравшись с духом, я произнесла:

– Месяц назад здесь, в Зенноне, пропал осколок камня-сердца, который, по официальной версии, называли эрендином.

Краем глаза я заметила, что Глава Гильдии камневидцев приподнялся со своего кресла, но тут же сел обратно.

– Откуда… – Первый Советник закашлялся и был вынужден выпить воды, лишь затем он продолжил: – Откуда вы располагаете подобными сведениями?

До боли сжав край высокого стола, я постаралась ровным голосом ответить:

– Я сообщу всё, что знаю о камне-сердце и причине его пропажи, при одном условии.

Нахмурившись, Первый Советник спросил:

– При каком именно?

– Вы возьмете на себя обязательство снять с Кинна Террена, изгнанного со мной в один день, незаконно поставленную ему татуировку отступника.

Первый Советник в замешательстве уставился на меня.

– Вы не могли бы пояснить?..

Я почувствовала пристальный взгляд Утешителя Йенара, но не позволила ему себя смутить.

– Для начала я прошу господина судью и Утешителя подтвердить, что вынесенный Кинну Террену приговор не предполагал клейма отступника.

Судья Ульвен внушительным голосом произнес:

– Подтверждаю.

Спустя пару секунд Утешитель Йенар к нему присоединился, но я услышала в его голосе холодные, как арганитовое лезвие, нотки.

– Однако, – продолжила я, – вопреки решению суда перед изгнанием Кинна Террена, находившегося в заключении в Башне Изгнания, заклеймили как отступника. – Заметив растерянный взгляд Матери-Служительницы, я торопливо закончила: – Эту татуировку его заставили скрыть, чтобы не вызывать возмущения Старших Служителей.

– Кто… – начал Первый Советник, но Утешитель Йенар его опередил, мягко перехватив вопрос:

– Кто подтвердит наличие этой татуировки? Кроме вас, – добавил он шелковым голосом. – Весьма не хотелось бы тратить драгоценное время уважаемых членов Совета на обсуждение несуществующихвещей.

В его голубых глазах светилось торжество – он считал, что мне нечего на это сказать. Но мне говорить и не требовалось. Вместо меня выступила Кьяра, и ее мелодичный голос прозвенел на весь зал:

– Я подтверждаю. – И, не дожидаясь ни от кого вопроса, продолжила: – Я, Кьяра Дейн, дочь Имрока Дейна, Главы альвионских Карателей, подтверждаю, что вышеназванный Кинн Террен имеет клеймо отступника.

Советники встретили ее слова ошеломленным молчанием. Утешитель Йенар, побледнев, впился в нее колючим взглядом, а потом ледяным тоном проговорил:

– Насколько мне известно, дочери Имрока Дейна давно нет в живых.

– Она пропала в младенчестве, – поправил его Глава Карателей и, присмотревшись к Кьяре, задумчиво произнес: – Надо признать, они похожи.

Голос сестры даже не дрогнул, когда она сказала:

– Мы встретились с отцом несколько месяцев назад, и йеллион подтвердил наше родство.Если вам потребуется в этом убедиться, вы можете сделать запрос самому Имроку Дейну.