Книга Любовь на Полынной улице, страница 4 – Анна Дарвага, Мария Сакрытина, Анастасия Худякова, и др.

На утро была назначена летучка, и Арсениус искренне жаждал попасть на собрание и узнать все подробности хотя бы потому, что всегда полезно калибровать свои знания и учиться у тех, кто умнее и талантливее. Он до сих пор с теплотой вспоминал ангела-хранителя, у которого проходил стажировку в своей студенческой юности. Тогда Арсениус был напичкан новейшими теориями из книг и сыпал заумными терминами в попытке блеснуть перед пожилым ангелом-хранителем прогрессивными методами. Старичок с улыбкой слушал его, протирая круглые очочки, и только изредка выдавал восхищенные «Ага!» и «Ого!». У него под опекой был молодой парень, который недавно женился на симпатичной девушке, и у них родился ребенок. У стажера же в арсенале была масса теоретических выкладок, как укрепить их семью. В частности, он советовал почаще отправлять супругов в совместные поездки и прогулки. Вместо этого старичок надоумил своего человека посидеть с ребенком, чтобы мама выбралась на посиделки с подругами. У стажера тогда отвалилась челюсть — не по науке же! Но та вернулась домой через паручасов, посвежев и соскучившись по мужу и малышу, а ее ангел-хранитель благодарил за полученную передышку.

— Запомните, юноша: усталость в семейных отношениях убивает любовь почище лжи, — сказал мудрый ангел-хранитель. Арсениус с тех пор старался каждый день напоминать себе о профессиональной скромности, и ему это удавалось. Почти всегда.

Актовый зал департамента к летучке украсили, и кое-где крылатые пузатые путти привязывали к колоннам последние ленты и гирлянды. Арсениус нашел местечко в центре у прохода, откуда открывался хороший обзор зала. Как раз по диагонали в компании подруг сидела Иола. Она, как всегда, была спокойна, свежа и немного строга в своих очках с темной оправой и убранными в узел крупными кудрями. Она почти не оглядывалась по сторонам, но, видимо почувствовав на себе пристальный взгляд Арсениуса, повернула голову и улыбнулась. Тот зарделся и ответил небольшим поклоном.

Летучка началась с традиционного колокольчика. На сцене появился херувим Адон Хсофот в сопровождении своего преемника, который, казалось, только что сошел с ненаписанной картины гения раннего Возрождения. Пока его представляли, Юлиус оглядывал зал серо-зелеными глазами из-под небрежной платиновой челки и слегка улыбался идеально выточенными губами. Иола с подругами переглядывались и улыбались. На этом моменте Арсениус как-то резко проникся к архангелу недоверием.

Затем слово предоставили новоиспеченному руководителю. Юлиус заверил, что сохранит традиции, но также заявил, что давно назрели перемены к лучшему. Дескать, людям, да и всей Вселенной, остро не хватает любви, и многие старые методы перестают работать. Настало время технологических прорывов, а он принес им идею, которая изменит департамент до неузнаваемости и перевернет все представления о привычной работе.

— Сегодня уже недостаточно только наших усилий. Мы должны призвать на помощь все открытия ученых и изобретателей, чтобы нести еще больше добра и любви. Поэтому я подготовил для вас проект, который станет вехой в истории не только департамента, но и всего Министерства. Представляю вам «Метакардион»!

Юлиус подбросил на ладони светящийся шарик, который засверкал сильнее и взмыл в воздух. Лампы померкли, и над головами публики запульсировало ярко-алое сердце из блестящих шестеренок, трубок и лампочек.