Книга Уцелевшая для спустившихся с небес, страница 39 – Наташа Фаолини

Оглядываюсь. Над листьями, между которыми мы прячемся, едва начинается восход солнца, кажется, ночь отступила недавно, меньше часа назад.

Я опускаю взгляд вниз и обнаруживаю, что спала на ином, несколько часов или даже всю ночь прижималась щекой к его груди. Смотрю выше и вижу лоскут своей майки на его ране, он не стал убирать мою неловкую перевязку со своей шеи.

До этого я перевязывала только свои раны, но умею делать это довольно неплохо. Когда-то я вспоминала слова учительницы с уроков, которая рассказывала о перевязках и всякой ерунде, связанной с травмами, но теперь все это осталось в прошлой жизни.

Кажется, тогда учительница не думала, что хоть кому-то на самом деле пригодятся эти знания. Я единственная, кто выжил из своей школы.

Моя первая жизнь закончилась детством. Тогда меня заботили оценки и мальчики, иногда — всякие красивые вещи.

Моя вторая жизнь, что началась после пятнадцати лет — полная противоположность всему, что я знала. И сейчас, смотря на спящего иного, что даже во сне прижимает меня к себе, я вдруг осознаю, что весь мир снова переворачивается.

Восемь лет я думала, что по отношению к людям пришельцы могут делать только одно — убивать нас, но после встречи конкретно с этим иным, я вынуждена снова пересмотреть все, что знала.

Ведь не все они чудовища…

Зажмурившись и невольно задержав дыхание, я вспоминаю один из дней своей первой жизни. Мне было четырнадцать, и пришельцы только спустились с неба. Первые часы люди не знали, чего от них ждать.

Это было затишьем перед бурей, и когда оно прошло — начался хаос, разорвавший неестественную тишину, стоявшую на улочках в нашем спокойном районе.

Был вечер. Солнце уже опустилось за горизонт. Небо потемнело. Тогда я не знала об этом, не задумывалась, но темнота — время хищников.

Я сидела в гостиной, читала какой-то журнал о моде, когда услышала с улицы крик.

Хотела выглянуть, посмотреть, что происходит, и открыла входную дверь,потому что с окна ничего разглядеть не смогла. Я прижимала к себе телефон, на случай, если придется звонить в полицию, а еще — газовый баллончик, который отец купил мне по исполнению двенадцати.

Я взяла все это с собой, чтобы обезопаситься, и это было разумно, но все-таки я была ребенком, и когда через открытую дверь моя кошечка выбежала на улицу — я рванула за ней.

— Пушинка! — я звала ее и едва сдерживала слезы.

Мы нашли кошечку три года назад возле мусорных баков, когда ездили в центр за покупками на машине папы. Тогда родители согласились взять ее только с учетом того, что я буду убирать за ней и всегда следить, чтобы она не была голодной. С тех пор Пушинка не отходила от меня, даже спали мы вместе.

Поэтому, когда она выскользнула, я была напугана сильнее, чем в момент, когда услышала новый крик, такой отчаянный, словно человека раздирали живьем.

Скользнув в переулок между домами за Пушинкой, хвостик которой только что мелькнул там, я притаилась. Еще раз шепотом позвала кошку и тогда увидела смутные очертания человека с другого конца переулка.

Он был странным, то ли его голова была огромной, то ли он был в шлеме — так я тогда подумала.

То существо смотрело на меня секунду, а тогда двинулось в мою сторону с такой скоростью, что я не смогла бы убежать, даже если бы была самым быстрым человеком Земли.