Книга Замуж за ректора. Тайна лесной ведьмочки, страница 101 – Юстина Лесная

А вот доверие… Довериться ему мне будет сложно. Но, возможно, стоит рассказать, что мама попала в беду, не раскрывая некоторых деталей. И немного о своей жизни из того, что безопасно. Чтобы он лучше понимал меня. И ему так будет спокойнее.

Возможно, однажды я даже стану для него человеком, а не внезапно настигшим вихрем недоразумений. И что-то мне подсказывает, что лучше бы это произошло до того, как он узнает мой главный секрет.

А в доме было пусто.

Я ждала его в гостиной и встала с дивана, когда он вошёл. Он вернулся ближе к ночи и избегал смотреть в глаза.

— Я не хотел причинять вам боль. Не должен был быть груб с вами. Как мне искупить вину?

Я робко улыбнулась.

— Никак.

Но он не смотрел на меня и понял иначе. На миг на его лице проступила боль, но он тут же взял себя в руки.

— Я поживу немного в академии, не стану тревожить вас, мой дом в вашем полном распоряжении. Можете приводить брата сколько душе угодно.

Он повернулся и собрался уйти.

— Лорд Терринс…

Он обернулся и выжидательно посмотрел на меня.

— Вам не нужно ничего искупать. И я хочу, чтобы вы остались.

— Эльриния, вы не должны меня бояться! Мне не изменить прошлого, но я сожалею, что так себя повёл. Разумеется, что для вас и вашего брата нет никакой угрозы с моей стороны. И вам не нужно…

Он неопределённо махнул рукой.

— Если бы я могла оградить вас от прошедших переживаний, я бы не колебаясь это сделала. Но я не знала, что они есть. Надеюсь, вы меня простите.

Он удивлённо посмотрел на меня.

— Вы довели меня, — оправдываясь, обвинил он.

— Вы решили, что я нанесла вам оскорбление, и были в своём праве.

— Я тоже думал, что дело в этом, — начал он и шагнул ближе ко мне, — Но пришёл к выводу, что есть что-то ещё.

— Не надо, не говорите.

— Вы стали мне дороги, — произнёс он, оказавшись рядом, легко коснулся пальцами подбородка и развернул моё лицо к себе, — Это вы позволите мне сказать?

Упрямо спрятала взгляд и поджала губы.

— Эльриния, я… не настаиваю.

— Это быстро для меня, — пробормотала я краснея.

— Я понимаю. И ничего не жду, больше нет.

Он опустил руку.

— Вы откроете мне своё опасение? Что важно для вас? Что мешает вам попробовать?

Я нервно закусила губу, помолчала, дошла до окна и стремительно развернулась к нему. Он ждал.

— Меня не устраивает сам факт наличия человека, вольного распоряжаться моей судьбой! — выпалила я.

— И всё?

Я растерянно посмотрела на ректора.

— Если я оставлю за вами свободу решать свою судьбу, вы успокоитесь? И попробуете научиться мне доверять, если я буду того заслуживать?

— Вы не справитесь. Может, у вас будет получаться по-началу… но наступит момент, когда вам покажется, что вы знаете, как будет лучшедля меня и…

— Тех гарантий, что вы ждёте, не дал бы вам ни один мужчина.

— Поэтому я и не собиралась замуж.

Он лишь усмехнулся. Но я должна быть честной с ним. Иначе он не поймёт.

— Есть вещь, которая останется для меня важнее брака, и так будет всегда. Я не могу открыть её смысл, но это касается долга.

— Не лишайте меня шанса попытаться.

— Но между браком и долгом я всегда выберу долг. Я не предусмотрена для семейной жизни, — съёжившись, прошептала я.

— Мне кажется, вы относитесь к браку как к какому-то клише. Но по сути, семейная жизнь — это лишь нахождение способа двум конкретным людям существовать вместе, учитывая интересы каждого. Даже если на этот счёт у общества или старших поколений есть заготовки, каждый раз это уникальный сценарий. Дело не в том, что я муж, а вы жена. Дело в том, кто есть я, а кто есть вы.