Книга Прощай, Мари! Злодейка для принца, страница 72 – Ксения Рябинина

— Ты зачем-то нужна Мор, — зло процедил Люций, и в его голосе прозвучала такая горечь, что Мари невольно содрогнулась. Он выглядел как человек, потерявший что-то важное: не просто что-то,а часть себя. Через мгновение она поняла, что именно. — А мне нужен мой сын.

Сын?

Он думает, Мор похитила его сына? Зачем он ей?

Мари, чем больше смотрела на него, понимала, что да. Он долго и тщательно искал своего ребенка.

Так, наверное, и выглядит человек, потерявший ребёнка.

На нём не было помпезной рясы, как в прошлый раз, — лишь грубая рабочая одежда, испачканная и потрёпанная. На бледной коже проступали тёмные пятна — синяки. На костяшках пальцев — глубокие царапины, словно он колотил кулаками по сухому стволу, пытаясь выплеснуть боль, но лишь ещё больше ранил себя.

— Вы потеряли сына? — тихо выдохнула Мари, останавливаясь.

Но Люций не дал ей времени на размышления — резко дёрнул за запястье, почти волоча за собой к замку.

— Не потерял, — отрезал мужчина. — Она его похитила, ты просто не знаешь, с какой изворотливой тварью связалась.

Мор. Тварь?

Что за бред?

Мари отрицательно мотала головой. Её наставница не жестока, не похитительница и тем более… Она не убийца. Да же?

— Мор! Мор! — Его крик прокатился по замку, эхом ударяясь о каменные стены. Казалось, сам воздух дрогнул от его ярости.

Они шли по коридору, стены которого угрожающе сужались.

То, что Мари понимала, отчего он зол, не умаляло его грубого отношения с ней.

Мужчина резко развернул её, схватил сзади за горло и прижал спиной к своей груди — не просто прижал, а стиснул, лишая воздуха.

Мари задохнулась — не только от хватки, но и от ужаса. В глазах потемнело, в висках застучала кровь. Что он может с ней сделать в таком состоянии? В его взгляде не осталось ни капли рассудка — только слепая, всепоглощающая одержимость.

— Мор! — снова прогремел его голос, и в нём уже не было ничего человеческого. Он звучал как раскат грома перед бурей, как вой зверя, потерявшего последнее.

— Это снова ты, Люций… — донёсся из коридора голос Мор, резкий и властный. — Я же говорила… Мари!

Люций стоял спиной к входу, всё ещё сжимая горло Мари. Его плечи ходили ходуном, пальцы побелели от напряжения, жилы на шее вздулись. Мари, задыхаясь, отчаянно цеплялась за его руку, ногти скользили по грубой ткани его одежды.

Вокруг них медленно, зловеще сгущался туман — он поднимался от пола, обвивал ноги, проникал в лёгкие горьким, металлическим привкусом.

Мор шагнула вперёд,и её шаги раскатисто разнеслись по залу, нарушая гнетущую тишину. Она была в длинном серебристом платье, которое струилось за ней, словно лунный свет, оседающий на земле. В глазах — не страх, а холодная, стальная решимость.

— Что ты творишь? — голос её зазвенел, как натянутая струна. — Отпусти мою ученицу, немедленно!

Мари показалось или Мор волновалась за нее?

Где-то в строгом и властном голосе затерялись просящие нотки.

— Где мой сын? — прохрипел Люций. Терпение казалось растворяется в нем. — Где он?!

— Я уже говорила: я не знаю, — уже невозмутимо ответила Мор. — Отпусти Мари — его тут нет.

Мари почувствовала, как хватка на её горле чуть ослабла. Она судорожно вдохнула, втягивая спасительный воздух, — он обжёг лёгкие, но вернул ясность сознания. Перед глазами всё ещё плыло, но она сумела сосредоточиться на Мор. Та стояла прямо, почти непреклонно и не отступая ни на шаг.