Книга Прощай, Мари! Злодейка для принца, страница 47 – Ксения Рябинина

Он… Он спорил с полицейским на их кухне! Каждая черта его лица, каждый напряжённый мускул кричали: он что-то доказывал, требовал, настаивал. И Мари понимала: если её неизменно сдержанный брат утратил самообладание, значит, он не оставил попыток её отыскать.

Ведь он всегда её искал, не так ли?

Только сейчас она видела в его глазах боль и растерянность.

Мари чувствовала, как камень вины ложится ей на грудь каждый раз, когда она заставляла брата переживать. Это ощущение становилось невыносимым, грозя утопить её в море вины и сожалений.

— Это… — прошептала она. — Это мой дом?

— Именно, — не отрывая взгляда от Александра, подтвердила Мор.

Она долго и пристально изучала его, впитывая каждое его движение, словно перед ней была интересная картина в музейной галерее.

Мари захлёстнул леденящий страх за брата.

Неужели она задумала использовать его, чтобы давить на неё?

Мор уже использовала. И продолжает это делать.

Прямо сейчас.

В Мари закипала чистая, кристальная ярость.

— Зачем тебе я?! — голос ей эхом разносясь по огромному залу. — Зачем всё это?! Для чего?!

В этот момент она была похожа на загнанного в угол зверя, готового сражаться до последнего.

Внезапно пространство вокруг исказилось.

Тёмные иглы магии Мор, острые как бритвы, со свистом рассекали воздух. Мари почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Пальцы сами собой сложились в знакомый пасс. Серебристо-голубые нити магии откликнулись мгновенно, сплетаясь в защитный барьер. Время замедлилось.

Удар!

Тёмные иглы разбились о магический щитиз нитей, рассыпаясь искрами из тьмы.

В воздухе повисло осязаемое напряжение. Мари тяжело дышала, чувствуя, как колотится сердце. Она едва успела.

Но смогла защитить себя.

Мор сначала не обращала внимания на случившееся, она продолжала смотреть в зеркало на... Аса? И это её равнодушие только усилило гнев Мари, которая, набравшись смелости, шагнула вперед.

— Те, кто меня учил, поставили бы за это оценку ниже среднего, Мари, — в голосе Мор послышалась легкая насмешка. — Ты уже достаточно узнала наш мир. С этого дня начнутся упорные тренировки, — она повернулась к ней, и отражение в зеркале пропало. — Если ты хочешь вернуться… к нему.

Без сил Мари упала на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Три дня…

Столько она изнемогала от бесконечных тренировок: искала с помощью нитей волков в молчаливом лесу, прочёсывала каждый уголок замка в поисках спрятанных Мор артефактов, изнуряла себя медитациями до полного истощения. Бегала, отжималась, карабкалась по тренировочной стене на заднем дворе — словно стремилась заслужить звание личного рыцаря этого венценосного принца.

Она даже не знала его, но уже ненавидела — яростно, безотчётно, всем существом. Ненавидела за эти мучительные часы, за боль в мышцах и жжение в лёгких, за бесконечное напряжение, высасывающее последние крохи сил.

Тело ныло, будто его измолотили дубинами. Магия пульсировала в венах, но каждый мускул вопил от протеста.

И всё же Мари продолжала — стиснув зубы.

Продолжала...

Ради одной цели: вернуться домой. Захлопнуть за собой дверь этого странного, пугающего мира и навсегда забыть о проклятой магии, что ощущается неподъемным свинцом в ее теле.

Другие попаданки, наверное, радовались свалившемуся на них счастью. Но Мари после той первой пробежки в лесу и позорного висения на дубе испытывала лишь страх перед неизвестностью. Она мечтала скорее оказаться в своей комнате, приготовить подгоревший завтрак для брата и включить компьютер с заставкой с Пикачу.