Книга Писательница на полставки, страница 30 – Катя Рут

— Ну? — Лера подалась вперед, как интервьюер. — Как тебе сам вечер? Вчера что-то слишком быстро разбежались. Написала что-то?
— Да нет… Но было интересно. Вдохновляюще. И немного неловко, — честно отозвалась Саша.
— Из-за вопроса?
— Из-за Даниила, — вздохнула девушка и сделала глоток кофе.
— Ммм… — Алина протянула слог с видом сомелье, дегустирующего сплетню. — Вот это уже становится сериалом.
— Он просто оказался там, и мы поговорили. Вполне нейтрально поговорили. Так ведь?
— Саш, у вас была сцена из французского фильма. Он в водолазке, ты с сияющим взглядом, воздух наполнен недосказанностью. Мы с Лерой готовы брать попкорн.

Саша закатила глаза.
— Наверное, я все-таки предпочла бы говорить о текстах, если вы не возражаете.
— Окей, — согласилась Лера. — У тебя, между прочим, сегодня вышел второй материал. Мы уже прочитали. И ты видела комментарий?

Саша достала телефон, открыла страницу и быстро пролистала вниз.
Там, между стандартными «спасибо, интересно» и «клево написано», выделялся один длинный отзыв:

«Это, наверное, первый текст о влюбленности, в котором я не почувствовала ни фальши, ни пафоса. Все просто — вот ты, вот твое тело, твоя память, твои глупости. И это прекрасно. Спасибо, что так бережно. Это как письмо от подруги, но даже чуть честнее. Я бы с удовольствием прочла такую книгу».

Саша замерла,
— Это очень… неожиданно.
— Это признание в любви, если что, — сказала Алина. — Писательницу Александру Фурцеву только что полюбили, Саша. Официально.
— И заслуженно, — добавила Лера. — Этот текст про тело — самый сильный из всех твоих.

Саша молча улыбнулась, глядя на пар под чашкой.
— Я просто хочу, чтобы мои тексты были… не знаю… живыми.
— Они уже такие, — сказала Лера. — Но дальше у тебя есть два пути, и ты сама это знаешь. Вопрос только, по какому ты пойдешь?
— Какая философская развилка. Продолжай.
— Первый — путь глубоких размышлений, телесности, боли, откровений. Второй — легкость, ирония, флирт, живость.
— И третий — Керри Бредшоу, — вставила Алина. — Ты пишешь романтику и давно ни с кем не спала. Это уже почти жанроваязавязка.
— Спасибо, теперь я чувствую себя героиней ситкома с надуманной заставкой.

Они рассмеялись.

— На самом деле, — сказала Саша после паузы, — мне ближе второй путь. Я не хочу делать тексты тяжелыми. Даже если в них будет эротика — то легкая, игривая, без мрака. Хочется, чтобы после прочтения было тепло, а не тревожно.
— Ты хочешь, чтобы тексты были как солнце сегодня, — подытожила Лера, громко похрустывая тостом.
— Да, — кивнула Саша. — Как солнце. Только с кофеином, чтобы реально бодрило.

***

Саша вернулась домой, сняла пальто и повесила его на крючок, делая все на автомате. Комната встретила ее запахом свежей уборки и старых книг — ароматом дома, который всегда успокаивал. Она прошла на кухню и открыла холодильник. Бутылка воды, несколько банок с консервами, осталась даже половина лимона — все как всегда. В ее семье, может, все и были чистюлями, но готовить точно не любили. Выживали на доставках, походах в ресторан и блюдах на уровне макарон с кетчупом дома.

Она поставила чайник, взяла чашку с полки, решив просто посидеть с горячим чаем, с книгой или сериалом. Саша подумала о том, как часто она пренебрегала этим моментом отдыха. В последнее время все казалось спешкой, суетой, ответственность за новую роль, которая словно досталась ей раньше времени. Она положила в чашку небольшую горсть мятного чая, а затем добавила немного меда. Когда чайник закипел, девушка залила смесь кипятком и почти сразу поднесла чашку к лицу, вдыхая ароматный пар.