Книга Айви на Фестивале магии. Восточная академия, страница 57 – Мстислава Черная

Снаружи в серых сумерках уже горят магические гирлянды. Подсвеченный с крыши до фундамента жилой корпус нашего факультета выглядит волшебно. Праздник в полный рост.

Ха, разве не логичнее назначить траур на сегодняшний вечер и первую половину завтрашнего дня?

Конвоиры не ждут, идти можно свободно, однако сократить путь через кусты будет не самой лучшей идеей, так что я подстраиваюсь под шаг оглушённойОливи. Девушка с благодарным кивком цепляется за мой локоть:

— Поверить не могу…

— Ты дружила с Беккой?

— Н-нет.

— Мне тоже не верится, — что сказать более подходящее, я не знаю.

Оливи замолкает, замыкается в себе, но руку мою не отпускает.

Я тоже погружаюсь в свои мысли, разве что в отличие от Оливи продолжаю смотреть под ноги и вообще слежу, куда мы идём.

Нас обгоняют, и постепенно из середины рыхлой человеческой «змеи» мы оказываемся в хвосте, но всё же на площадь выходим не последними. Оливи по-прежнему безучастна, и я увлекаю её в сторону от возвышения, чтобы не быть зажатыми в самой толчее, но в то же время достаточно близко, чтобы хорошо видеть происходящее.

Студенты других факультетов в основном уже собрались, выделяются «чёрные» — выстроились в монолитный квадрат как по линеечке.

— О, вот вы где! — из толпы как чёрт из табакерки выскакивает Дор. Его неизменный оптимизм сейчас явно не к месту.

— Где же ещё?

— Уму непостижимо, Бекка… Вчера после ужина мы вместе обошли корпус, вместе вернулись, разошлись по комнатам. Я не представляю, что ей могло понадобиться у «чёрных»…

Оливи приглушённо всхлипывает.

— Расследование покажет, — пожимаю я плечами.

— Покажет, — кивает Дор, однако уверенности в его ответе ни грамма.

— С-с-с…

Удар гонга медленно затухает.

На возвышение поднимаются две девушки в домашних платьях и с косынками на головах. У одной в руках большущий чайник, другая несёт огромную чашку.

Я ожидаю, что начнётся бытовая сценка, всегда с неё начинается, но девушки, подхваченные задорной мелодией, пускаются в пляс: отбивают ритм каблуками, кружатся, притоптывают, ставя ногу то на пятку, то на носок, подбрасывают и ловят реквизит, на лицах счастливые улыбки. Напоминает польку или кадриль — живо, весело, с яркими народными мотивами.

В мелодию вклинивается перезвон, а затем музыка резко обрывается, и на возвышение выбегает парень в тёмно-серой косматой шубе с капюшоном. Похож он скорее на какого-нибудь волка-оборотня с помойки, чем на астральную тварь.

Растопырив руки, парень тяжело подпрыгивает, капюшон с него едва не спадает. Девушки с визгом шарахаются, роняют чайник с чашкой. Парень в шубе кидается на одну, на другую, и девушки падают, изображая гибель.

— Бекки. — Оливи утыкается мне в плечо,всхлипывает.

Я приобнимаю её за плечи и продолжаю следить за спектаклем.

Парень в шубе уходит со сцены, на возвышение поднимается другой. Он бросается к девушкам, зовёт их, заламывает руки, несколько карикатурно, но очень понятно показывая горе.

— Кто бы вас ни убил, я сниму его голову! — выкрикивает он.

Возвращается парень в шубе, медленно надвигается.

Шансов у человека нет, артист опускается на колени и прикрывает голову, показывая поражение. Парень в шубе демонстративно замахивается.

В последний момент человека спасает явившийся Многоликий Дух.

На прошлогоднем Фестивале у уличных артистов костюмы были получше. У Духа шуба точь-в-точь как у астральной твари, только вместо капюшона зловещая маска.