Книга Игра ненависти и лжи, страница 26 – Л. Дж. Эндрюс

Повернувшись к столикам спиной, я нагнулся к женщине и понизил голос.

– Вот как все будет, женщина: мы не будем платить, ты усадишь нас за дальний столик слева, а мы не расскажем Ивару, какое у тебя тут заведеньице.

– Ты… ты злоносец. Слышала… слышала, что ты вернулся.

– И слухи не врут.

Дверь распахнулась, прежде чем я ответил, и позади нас в зал ввалилась пьяная парочка. Темные волосы мужчины были собраны под фуражкой. Его женщина висела у него на талии, хохоча так, что два серебряных гвоздика, украшающих ямочки на ее щеках, поймали блеск солнца, льющегося в окна.

Мужчина поднял свои темные глаза на меня и подмигнул.

«Ты утаил кое-что, что может изменить жизни нас всех, что-то, что может изменить судьбу самой этой земли. Не лги мне».

«Никлас, я убивал людей за то, что они знали еще меньше, чем ты. Оставь это. Прошу».

Грудь словно сдавило тисками, я не мог глубоко вдохнуть. Слова, воспоминание, что-то овладело мной, словно вид этого мужчины выманил из памяти какой-то отголосок разговора, которого я не понимал. Он мелькнул и исчез к тому моменту, как мужчина накрыл своим ртом губы женщины, снова позабыв про меня и Луку.

Я терял свой чертов рассудок.

– Не стучи на нас, злоносец, – хриплый голос женщины выдернул меня из ступора. Она сложила руки, будто в молитве. – Мы не могли прокормиться на те пенге, что нам оставлял Черный Дворец.

– Держать Клокглас на плаву обходится недешево, – мне было мало дела до того, отдавала ли она часть заработка Ивару, но нам пойдет на пользу, если она будет считать иначе.

Подбородок женщины задрожал.

– Занимай столик, злоносец. Для нас будет честью, если ты присядешь.

Человек получше меня сейчас почувствовал бы себя виноватым за слезы, выступившие на глазах женщины. Я никогда не притворялся, что я хороший. Чьи-то нежные чувства, что я мог мимоходом задеть, ничего для меня не значили, когда мне требовалась информация. Конечно же, эта женщина невинной не была. Она обкрадывала Черный Дворец, таким образом незаконно зарабатывая себе на жизнь.

Я чуть высокомерно цокнул языком и занял место за столом хемлигского фейри. Лука сел со мной рядом, все еще не поднимая головы.

Мужчина, проводящий игру, кивнул мне и Луке, когда мы уселись, держа в руках игровые фишки.

– Вэлкомна вэннер, – добро пожаловать, друзья, – вы выбрали не тот стол. Сегодня у нас Нидхуг.

Я бросил взгляд на фейри. На Востоке увидеть чистокровного фейри – редкость. Его глаза напоминали мне козлиные, золотые с угловатой черной щелью по центру. Из его густых рыжих кудрей вырастали два бугристых рога. Цвет волос напоминал только разгорающееся пламя. Не насыщенный, глубокий огонь заката над Воем, как…

Я помотал головой. Треклятое пекло. Чертова воровка пролезала мне в голову в самые неподходящие моменты.

Я вновь перевел взгляд на Нидхуга, наблюдая, как он раскладывает свои фишки. Аккуратные движения, аккуратные паузы. Он играл умело. Но у всех свои демоны. Хитрость заключается в том, чтобы вытащить их наружу и использовать эти постыдные кусочки человечности, чтобы получить то, что хочешь.

Когда я начал так плохо думать о людях – понятия не имею.

Возле двери в игорный зал пьяный мужчина спорил с женщиной из-за платы за вход. Он матерился и кричал, но цену заплатил.

Я почти вернулся к игре, как вдруг мое внимание привлекло движение его руки.