Книга Игра ненависти и лжи, страница 143 – Л. Дж. Эндрюс

– Я должен быть ближе.

– Кейз… Пекло. Мы должны быть здесь.

Я проигнорировал Луку и пополз по гребню на животе, глядя на разворачивающуюся внизу сцену. Планы, использующие приманку, чтобы выманить цель, всегда были рисковыми, но планы, использующие Малин как чертов отвлекающий маневр, тут же стали самыми ненавистными моими планами.

И не в малой степени оттого, что их логике было нечего противопоставить.

Скидгарды неделями тренировались, чтобы убить тех, кто был в ответе за нападение на маскарад. Малин и Хаген стали бы идеальным отвлекающим маневром. Это был шанс понизить защиту Иро, но больше план от этого мне нравиться не стал.

Рев четырех стражников, стоявших снаружи, заставил меня крепче стиснуть край крыши. Подняв мечи, они побежали на Малин.

Передний скидгард сделал лишь пять шагов, когда его ноги с жестким хрустом начали выворачиваться, покуда пальцы чуть ли не оказались направлены назад. Он закричал от сводящей с ума боли и рухнул. Его агония длилась еще один вздох, а затем его шея жутко изогнулась, и крики умолкли.

Бард, подняв руку, выступил между Хагеном и Малин, заставляя троих оставшихся скидгардов пятиться.

Барабаны били все громче. Мерный боевой ритм, при звуках которого по моей коже бежали мурашки темного, кружащего голову восторга, ведь я знал, что сейчас пойду причинять боль.

Лука зашипел на меня, привлекая внимание.

– Двигай сюда, параноидальный ты ублюдок. Ты доверяешь своей женщине в битве или нет? Мне говорили, что капелька уверенности в способностях женщины творит чудеса.

Я заскрипел зубами и заставил себя развернуться обратно, к отверстию для дыма.

Я ухмыльнулся. Иро был внутри, прятался за спинами четырех скидгардов. В одной руке клинок, в другой – мешочек. Наверняка раздобыл парочку эликсиров из Черного Дворца, зная, что его выслеживает Никлас.

Я почти ощущал вкус удовольствия, с каким пролью его кровь.

– Пора, – я стукнул Луку в плечо. – Лука, пора.

– Боги, терпение. Ты – иллюзия сложная, – Лука закрыл глаза, от концентрации в центре его лба вздулась венка.

Пока Лука крал кусочки моего образа, мои вены словно наполнялись холодной водой. Будто он брал маленькие кусочки каждой части меня, чтобы вылепить живое воспоминание о том, как я выгляжу, на что способен мой месмер и как звучит мой треклятый голос.

Я содрогнулся, но сосредоточился на том, что находилось внутри длинного дома Иро. Полузадушенные всхлипы, треск костей и лопающейся кожи перед домом затихли, и я еле поборол все свои порывы, требующие метнуться назад и проверить, как там Малин.

Совсем скоро передняя дверь с грохотом распахнулась. Внутрь вошел один скидгард, из тех, что были снаружи, у его плеча – Гуннар.

– Биргер, положи нож, – закричал товарищу скидгард, что был внутри.

Гуннар погладил своего скидгарда по щеке.

– Нет, не слушай его чепухи. Ты возьмешь этот нож и не перестанешь бить им своих друзей, пока я тебе не скажу.

– Боги. Биргер, стой, – скидгард из внутренних, загораживающий Иро, выставил меч.

– Не-а, – сказал Гуннар, поднимая палец. – Вы, мальчики, хотите, чтобы это случилось. Вы хотите стоять спокойно. А теперь будьте хорошими скидами и не шевелитесь.

Четыре скидгарда задрожали, но застыли.

Я мрачно хохотнул. С тех пор, как Гуннар примкнул к гильдии, его способность влиять на разум превратилась в нечто ужасающее. Но я впервые видел, чтобы он захватил сразу стольких одновременно. Хаген обошел поморщившегося Гуннара сзади. Отец положил руку на плечо сына, словно передавая ему часть силы.