Книга Корона крови и руин, страница 91 – Л. Дж. Эндрюс

– Подумай хорошенько над странными событиями, которые ты видел. Бесплодные земли этого королевства теперь пышут жизнью. Солнечный Принц вырвался из-под многовекового контроля Воронова Пика, а принцесса вновь обрела голос после того, как все это время молчала в плену, – я медленно встал, опершись кончиками пальцев о стол. – Хотите знать почему?

– Да, – с придыханием ответила женщина рядом со мной, потеряв контроль над своим голосом.

Я смотрел в холодные глаза Колдера в упор.

– Хаос, долгое время дремавший в этой земле, пробудился, когда на трон снова взошел Ферус.

Желваки Колдера заходили ходуном.

– Ты искажаешь правду. Или ты забыл, что прежде другой король занял другой трон? Это я поднял Тимор после неудач моего отца, я восстановил обширные торговые связи, я избавил эту землю от его бесполезной, глупой политики и законов. Я спас Тимор.

– И все же ты до сих пор сохраняешь нам жизнь. Твоим врагам, величайшей угрозе твоему трону, – я ухмыльнулся. – Зачем рисковать? Признайся, лжекороль, ты держишь нас в живых, потому что знаешь: если прольется наша кровь, твой народ закоченеет в мертвой пустыне детства моей матери, когда хаос навсегда покинет эту землю.

В глазах Колдера промелькнуло что-то жестокое. На мгновение я подумал, что, возможно, завел его слишком далеко, и он выполнит свою угрозу и убьет нас, не выводя из зала. Но к моему удивлению и недоверию, Руна положила ладонь на руку мужа. Она улыбнулась, на первый взгляд, доброй улыбкой, но под ее милым лицом скрывалась злоба, более жестокая и нечестивая, чем у ее жалкого мужа.

– Скажи ему, дорогой. Ночной Принц должен знать.

Колдер колебался, но вскоре выражение его лица смягчилось. Он поцеловал тыльную сторону руки Руны, но в их взглядах не было любви.

– Моя королева права. Раз уж Дом Ферусов так любит пророчества и повороты судьбы, то, возможно, вам будет интересно узнать, что вы были не единственными, кто получил проклятие от древней сказительницы.

Колдер щелкнул пальцами, и вперед поспешил крепостной с деревянным подносом в руках. С подноса Колдер подцепил кошелек из свиной кожи. Он бережно открыл его и извлек старинные свитки пергамента, защищенные и скрепленные тонкой кожей.

– Не только у эттанцев и Ночного народа есть свои саги, но и у нас тоже. Из жизни короля Элизея. Похоже, ему предсказали его судьбу.

– Какое мне дело до мертвого лжекороля?

Я ненавидел короля Элизея. Помнил его. Его улыбку, его неприкрытое желание, когда он смотрел на мою мать, его жестокость.

– Потому что этот мертвый король имеет большое отношение к нашему нынешнему затруднительному положению и его исходу, если мы не придем к какому-то соглашению.

– Так вот что это такое? – язвительно фыркнул Сол. – Переговоры о мире? Брат, я думаю, мы их напугали, а мы даже не подняли клинок.

Колдер хмуро посмотрел на Солнечного Принца.

– Это наша последняя попытка остановить ненужное кровопролитие. Кровопролитие твоего народа, – он посмотрел на меня и смягчил голос донельзя. – Ты думаешь, нам нужна Элиза, потому что мы желаем ей зла. Но мы лишь хотим спасти ее, Ночной Принц. Иначе она не переживет эту битву.

Его пальцы ловко пробежали по пергаменту. Черт, как же меня раздражало мое любопытство.

– Вален, – предупредил Сол. – Они лгут.

– Посмотри сам, – поднялась с места Руна. – У нас сохранились письмена древней Ведьмы Судьбы. Возможно, ты узнаешь некоторые из них.