Книга Корона крови и руин, страница 118 – Л. Дж. Эндрюс

Я взял пузырек так же, как и альвер, не зная, что делать. Моя рука дрожала, когда я подносил флакон к сияющему пологу хаоса над лицом моей матери. Я наблюдал, как густые капли падают прямо сквозь него, разбрызгиваясь по ее лицу.

Выдержав паузу, я передал пузырек Солу. Он сделал то же самое с отцом.

Мы ждали.

Я почти не дышал.

Сол выругался. Гуннар смотрел вперед, не моргая. Ничего не изменилось, и в груди закололо от разочарования. Я закрыл глаза, отчаянно пытаясь найти новый способ. Кровь должна была помочь, я был уверен в этом. Но как много? Еще одна склянка? Чаша? Что именно мы должны были наполнить?

Я бы…

Мысли улетучились, когда вокруг запястья мягко обвились пальцы.

Я открыл глаза. Золото хаоса угасло, и на меня смотрели знакомые пронзительно голубые глаза.

Из горла вырвался придушенный кашель. Я моргнул, как в оцепенении.

Мама изучала меня, как будто не узнавая, а затем медленная, осторожная улыбка заиграла в уголках ее рта. Ее рука оставила запястье и коснулась моей щеки.

– Ты прекрасно выглядишь, сынок, – ее голос звучал хрипловато от долгого молчания.

Я прижал ее холодную руку к своей щеке и улыбнулся.

– Как это возможно?

Она не ответила. Мы оба посмотрели на другой стол. Сол рассмеялся. Боги. Мой отец сел, опираясь на локоть, и обхватил Сола за шею, прижимая его к себе.

– Арвад, – выдохнула мать.

Сол отошел в сторону, и наши родители встретились взглядами. Их движения были медленными, возможно, немного слабыми, но через несколько мгновений король Арвад и королева Лилианна снова оказались в объятиях друг друга.

Отец все ощупывал ее лицо, откидывая волосы в сторону, как будто она могла исчезнуть.

– Вален.

Я моргнул. Отец смотрел на меня. Теми самыми глазами, которые я видел в зеркале все эти годы, как и большинство его черт. Он научил меня владеть клинком, любить мать, ценить семью. Он научил меня пользоваться моим хаосом. И он был здесь. Живой. Тянулся ко мне.

Его рука обвилась вокруг моей шеи, притягивая меня к себе, как совсем недавно Сола. Мы давно стали одного роста, но в тот момент я чувствовал себя совсем маленьким мальчиком. Я смял в кулаках его камзол и уткнулся лицом в его плечо.

– Ты жив.

– А ты думал, этот ублюдок может убить нас? – прошептал он. Я фыркнул и отстранился.

– Херья. – Голос матери окреп. – Где Херья?

– Жива, – сказал Сол, взяв ее за руку. – Но не с нами.

– Тогда как…

– Гуннар, – позвал Сол племянника, который испуганно отступил к краю кольца. – Иди сюда.

Моя мать внимательно смотрела на него. На его золотистые волосы, уродливые шрамы на плечах, кровь на ладонях.

– Сын Херьи, – представил его я. – Гуннар Штром.

Теперь настала очередь наших родителей удивляться. Отец положил руку на плечо матери, когда она потянулась к щеке Гуннара, как к моей.

– Сын Херьи.

– Мама говорила о вас обоих, – пробормотал он. – Часто.

– Я ожидала, что, если когда-нибудь проснусь, меня встретит новая битва и новая кровь, а встретил еще один мальчик, которого я буду любить, – улыбнулась мама.

Никлас прочистил горло и выразительно посмотрел на меня. Молчаливым кивком он вернул меня к сокрушительной реальности. Мы не могли оставаться здесь.

– Битва идет, – сказал я. – Нам нужно идти. Прямо сейчас наш народ идет против тиморцев. Мы должны присоединиться к ним.

– Вы подняли армию? – посмотрел на меня отец.