Книга Проклятие теней и шипов, страница 67 – Л. Дж. Эндрюс

– Может быть, пришла спросить, почему ты в моих покоях, а не у себя.

Легион прочистил горло. Казалось, он то ли не заметил, что я взяла его за руку, то ли просто не возражал.

– Я… меня беспокоило, как ты будешь тут одна.

Сердце сделало кульбит.

– Это выходит за рамки вашего долга, герр.

– Мной движет не долг, Квинна. – Он посмотрел на наши сцепленные руки, и тепло перенеслось от ладони к щекам, когда я поняла, что он не собирается меня отпускать.

– После налета на их лагерь подпольщики захватили поместье возле Мелланстрада. Богатый дом. Они решаются на все более смелые вылазки, а я не хочу снова рисковать тобой.

– Никто не сказал мне… А ты рассказал бы, если бы я сейчас тебя не обнаружила?

Я не удивилась бы отрицательному ответу. В поместье Лисандер было принято ограждать женщин от новостей. Я понятия не имела, чем занимался мой отец в дни, когда здоровье позволяло ему покинуть покои. А моя мать, несмотря на то что была выше его статусом, знала еще меньше меня. Возможно, ее устраивало именно такое положение дел.

– Я не боюсь говорить с тобой на тяжелые темы, Элиза, – сказал Легион. – Но пока не видел необходимости. – Он отпустил мою ладонь и скрестил руки на груди. – Так почему ты не спишь?

Я потеребила пояс халата и села на укрытое мехами кресло.

– Мне приснился кошмар, и я очень по-взрослому испугалась сидеть одна в темной комнате. Вышла немного успокоиться.

Легион внимательно посмотрел на меня и опустился рядом. Наши плечи соприкоснулись.

– Я немного знаком с демонами Мариш. Мне рассказывали, будто они перестанут преследовать тебя, если пригласить их на утреннюю трапезу.

– Меня не проклинали демоны фейри, – с улыбкой покачала я головой. – Это было воспоминание.

– Воспоминание? – Легион теснее прижался ко мне. – Тот подпольщик?

– Нет.

Голос сел и охрип. Я никогда не рассказывала о Кровавом Рэйфе никому, кроме моей семьи, но сейчас кусала себе язык, чтобы не выложить Легиону все. Но стоило ли сдерживаться? Легион уже доказал, что он человек слова. Он сохранил мои секреты, считался с моими желаниями. Казалось, что исход переговоров заботит его так же сильно, как и меня. В конце концов, что испортит история о Кровавом Рэйфе?

– Я заинтригован, – сказал он, когда молчание затянулось. – Вижу, что ты колеблешься, но мое любопытство сильнее меня. Что способно испугать тебя настолько, что ты не решаешься заговорить, Элиза?

Я подняла на него глаза и потерла кончики отсутствующих пальцев, как будто от тепла они могли вырасти снова. Я никогда не выставляла свое увечье напоказ, поэтому снова удивила саму себя, когда вытянула вперед широко раскрытую ладонь.

– Ты когда-то спросил, что случилось с моими пальцами.

Любопытство Легиона разгорелось.

– Так что же?

– Можно подумать, что мне померещилось или что я все выдумала, так что я редко об этом рассказываю. Знает только моя семья, но я не уверена, верят ли они мне.

Легион склонил голову набок. На его лице не было ни намека на ухмылку или насмешку.

– Я поверю.

– Почему? – я поймала его ладонь между своими. – Почему ты так говоришь? Почему ты так… добр ко мне? Я – твоя работа, просто девушка, которой ты должен назначить цену, а ты относишься ко мне как…

– Как отношусь? – прервал он меня, рисуя большим пальцем маленькие круги на моем. – Как к человеку, а не к товару?