Книга Проклятие теней и шипов, страница 57 – Л. Дж. Эндрюс

Я не могла позволить ему так просто себя убить.

Подпольщик дразнил меня, играл на моем страхе, а мои пальцы сжимались вокруг острого камня. Я ударила им мужчину по голове, пальцы его разжались, и он навалился на меня всем телом. Я двинула коленом куда-то в верхнюю часть его бедра. Он застонал и скатился с меня, подхватывая нож.

Я вскочила на ноги и вытянула из сапога свой. Мы оба подняли оружие.

– Ты отравляешь эту землю, – прохрипел он снова. – Слава…

– Да-да, ты повторяешься, – огрызнулась я и сделала выпад.

Подпольщик парировал удар с куда большим мастерством. Острие его ножа резко укололо мое запястье. Кровь залила кружева перчатки. Я ударила снова, прокручивая в голове спарринги с Маттисом и Сив. Выпад, блок, уклониться, уколоть. Позади меня зашуршала трава, кто-то заворчал и выругался. Должно быть, Легион скинул одного из нападавших с дерева.

– Элиза! – крикнул он. – Беги!

Мой противник шагнул ко мне. Я попыталась воткнуть нож ему в грудь.

– Не могу! – крикнула я в ответ.

Мужчина увернулся от удара и задел рукой мою челюсть. Я пошатнулась. Он немедленно схватил меня за запястье и притянул к себе. Несколькими быстрыми движениями вырвал нож и отшвырнул шагов на пять. Чем больше я сопротивлялась, тем радостнее он скалил зубы.

– Смерть самозванцам!

В горле поднялась желчь. Это вот так я умру? Его клинок вонзился мне повыше бедра, и я задохнулась от резкой боли и холода стали. Подпольщик давил все сильнее, наслаждаясь видом крови, заливающей мое платье, и ощущением того, как легко нож входит в мою плоть.

В его глазах сгустилась ненависть.

Усмешка на губах превратилась в волчий оскал.

Воздух рассек короткий свист. За ним последовал влажный кашель, и я почувствовала горячие брызги на щеке.

Широко раскрытыми глазами я смотрела на темную от крови стрелу, торчавшую из его горла. Мужчина задыхался, изо рта у него брызгала кровавая слюна. Нож вошел еще глубже. Я оттолкнула противника из последних сил и попятилась. Мужчина упал прямо передо мной, и когда его лицо коснулось земли, он уже не дышал.

Застывший у линии деревьев Халвар опустил лук. Я сжала пальцы вокруг рукоятки ножа и с коротким вскриком выдернула его. Клинок сидел не очень глубоко, но даже так я могла истечь кровью, не дождавшись помощи. Возможно, я сделала роковую ошибку. Нужно было зашить рану как можно скорее.

Борьба у меня за спиной становилась все громче.

Второй подпольщик в капюшоне обрушился на Легиона. Кончики пальцев онемели.

– Не испытывай мое терпение, – прорычал Легион. Глаза его сверкали.

Нападавший двигался как тень. Длинная рана рассекла Легиону бедро. Он яростно выругался и отшатнулся, но сменить тактику не успел: человек в капюшоне уже занес клинок для смертельного удара.

Я нашла на земле свой нож и побежала.

Разум заволокло дымкой, и только тело помнило, как двигаться. Легион перехватил кинжал, готовясь к новой атаке. Убить или погибнуть. Судя по глубокой ране на его ноге, он был ближе к последнему. Я не знала, куда нужно бить. Выбор между жизнью хорошего человека и жестокого незнакомца был очевиден.

Остановившись в шаге от человека в капюшоне, я вонзила нож ему в спину. Он взвыл от боли и рухнул на колени. Пылающие глаза Легиона остановились на мне. Он был ошарашен.

Через миг он пришел в себя и опрокинул подпольщика на спину, пронзая его ладонь кинжалом и пришпиливая ее к земле. Я слушала его крики – будущую музыку моих кошмаров.