Книга Проклятие теней и шипов, страница 135 – Л. Дж. Эндрюс

– Элиза, – сказал он. – Элиза Лисандер.

Подбородок у меня задрожал, и я опустила голову, смущенная силой облегчения, которое не могло не отразиться во взгляде. Он приподнял мою голову согнутым пальцем.

– Как? – выдохнула я.

– Королевская кровь, пролитая добровольно. Разве не так ты сказала?

Воздух вышибло из легких. Как сказала девочка в гробнице, когда говорит Судьба, ее слова – не то, что кажется. Он умер за меня, добровольно. Печати нужна была королевская кровь, и он был Валеном Ферусом. Проклятие сняла его собственная кровь.

Я подняла дрожащие руки и прижала их к его груди. Он не оттолкнул их и не отстранился, и я вцепилась в его рубашку.

– Я боялась, ты меня не узнаешь.

– А ты знаешь меня?

– Вален, – кивнула я. – Ночной Принц.

– Мы знали, что он жив, – просияла Сив. – Наследник и истинный правитель Этты.

Я сглотнула. Вален был последним из рода Ферусов. Он должен был стать королем.

– Понимаю, это неожиданно, – сказал он.

– Невозможно, – добавила я. – Ты родился век назад.

– Люди Этты жили долго, пока не пришли чужаки. Пока они не перерезали мой народ и мою семью.

Голос его сочился ядом, а глаза сверкали раскаленными углями. Я опустила руки.

– А Тор и Халвар?

Вален ухмыльнулся своим соратникам.

– Торстен Брор – фейри огня и самый верный друг моего брата. Халвар Атра – фейри воздуха, сын первого рыцаря королевского двора.

Тор едва шевельнулся. Халвар проказливо подмигнул. Будто все еще могло остаться по-прежнему.

– Так, значит… Тебя прокляли за то, что ты фейри.

– Тиморцы панически боятся силы хаоса, но жаждут подчинить ее. За хаос они убили моего отца и брата.

У Сола был хаос? Я не стала спрашивать. В голове билось слишком много вопросов.

– Какой король тебя проклял?

– Первый лже-король. Пророчество напугало его, когда он убил всех остальных. Уничтожь он и меня – и эта земля стала бы мертвой пустошью. Корона Этты выбирает своих королей, ее нужно заслужить. Он знал, что не сможет соперничать с сыном Этты, сыном хаоса. Поэтому он проклял меня. Сохранил жизнь на долгие годы, но лишил воспоминаний, чтобы я никогда не выступил против него. С тех пор Этта закостенела. Земля сопротивляется чужому народу, но не может умереть.

Каждое слово вырывалось из его горла, будто он ненавидел знать правду. Или ненавидел меня, потому что я была потомком человека, уничтожившего его королевство, его семью и жизнь.

Я приподняла подбородок. Какими бы жестокими и порочными ни стали тиморцы, мы были воинами. И я не смалодушничаю, если человек, ради которого я готова была пожертвовать всем, захочет моей смерти.

– Что тогда будет со мной?

Он нахмурился. Моя стойкость пошатнулась, когда Вален коснулся кончиками пальцев линии моей верхней губы.

– Почему ты спрашиваешь?

– Я дочь Тимора, Ночной Принц. Твоих врагов. Королей. Если ты хочешь казнить меня, прошу, сделай это быстро.

– Казнить тебя? – немного удивленно спросил он. – Может, я вспомнил свое имя, но теперь должен узнать, для кого бьется мое сердце. – Кровь прилила к голове. Его пальцы притянули мой подбородок ближе. Я не сопротивлялась. Его губы приблизились к моим. – Я не забыл и не забуду ни тебя, ни твоей жертвы.

Я подняла руку и коснулась острого кончика его уха, пробежала пальцами вниз по линии шеи. Он прикрыл глаза и медленно вздохнул, но когда открыл их снова, губы его плотно сжались.