Книга Король Вечности, страница 32 – Л. Дж. Эндрюс

Я хихикнула и взяла кубок из ее рук.

– Ты милая маленькая девочка. Может, лучше принести молока?

Поджав губы и борясь с проявляющейся ухмылкой, она легко ткнула меня локтем в бок, а затем устремилась к потоку танцующих пар в бальном зале. Дамы разных дворов облачились в яркие платья всевозможных цветов: полуночный синий, множественные оттенки серебряного и золотого, зеленый мох с черной отделкой и насыщенный бордовый, похожий на переспелую сливу.

Мужчины носили изысканные меха на плечах или туники из мягкого льна и шерсти. На их полированных поясах красовались клинки всех размеров. Кто-то предпочитал топоры, как мой отец, кто-то – мощную секиру, но большинство готовились танцевать всю ночь напролет, держа при себе лишь простые кинжалы.

Фестиваль изобиловал сладостями: яблоками, утопающими в густом сахарном сиропе; булочками, покрытыми глазурью; пирогами с начинкой из сладких ягод; кремовой или терпкой патокой. Из кухонь, расположенных в коридорах, доносились соблазнительные запахи жарящихся на решетках крупных фазанов. Сладкие нотки розмарина и морской соли благоухали в большом зале. Ароматные вина, острые ликеры и пенистые напитки лились рекой.

На сером каменном покрытии мерцали отблески огоньков от сальных свечей, заточенных в серебряных клетках, а от слоя мерцающей пудры на полу весь зал выглядел так, словно его сделали из золота.

Маски скрывали лица гостей, одни больше, другие меньше, но я различала тех, кто был дорог моему сердцу.

Возле пиршественного стола стоял Алексий с многочисленными Рэйфами и дамами, жаждущими тепла воина на ночь. Сандер сидел в десяти шагах от нас с наполненным сосудом в одной руке и не одним письменным торговым соглашением из своих королевств в другой. Его маска была надвинута на лицо, и, едва ли он осознавал, что пришел сюда повеселиться.

Джонаса, предсказуемо, поблизости не оказалось.

– Последний раз я видела этого развратника, направлявшегося в сад и несшего на руках даму в маске козы, – призналась мне Мира, после того как я надавила на нее. Она картинно закатила глаза и снова выхватила фужер из моей руки.

Без сомнений, мы не встретим его до полуденного солнца. У меня заболели ступни от длительного пребывания на месте. Я вышагивала по танцевальному залу, отчаянно желая казаться беззаботной, нестерпимо стремясь уединиться с мужчиной на всю ночь и узнать наконец, каково это – стать немного смелой и рискованной.

Проблема заключалась в том, что каждый приглашавший на танец кавалер невольно вызывал в голове лишь один вопрос: не разговаривал ли он с моим отцом.

Знакомясь со мной, задумывались ли они о власти, престиже или все же обо мне? Интересно ли им узнать, что на территории Ночного народа я расписала окна во всем замке?

Я сомневалась, что кто-то из приглашавших меня на танец заинтересовался моими картинами, из-за которых с приближением рассвета комнаты вспыхивали яркими красками, вызывая улыбки у прислуги и моей семьи. Не будут ли они возражать, если я посреди ночи проснусь с криком оттого, что морские демоны поселили в моей голове ужасающие образы теней и змей? Если бы я позволила им целовать меня, прикасаться ко мне, овладеть мной, узнали бы они, что стали в моей жизни первыми?

Я вздрогнула и тяжело вздохнула. Всегда слишком много думаю и недостаточно делаю. Обещала же Алеку, а главное, самой себе, забыть о тревогах и кошмарах и наслаждаться сегодняшней ночью.