Книга Король Вечности, страница 16 – Л. Дж. Эндрюс

Сандер улегся на песок и закрыл глаза.

– Они глупцы, если думают, что твой отец пожертвует тобой ради какого-то политического союза.

На моих губах заиграла довольная улыбка. Разговоры о женихах менялись с течением лет. В другое время, возможно, было вполне обычным делом, когда отец устраивал брачные обеты своей дочери, но только не в моем случае.

Знакомство родителей произошло на балу в честь приданого матери. Король выставил ее в обмен на стратегический союз, и победителем должен был стать тот, кто предложит наибольшую цену. Отец даже не был в числе претендентов, а теперь они стали правителями целого королевства. Они, как никто другой, не заставили бы своих детей вступить в брак подобным образом.

Озвученный вопрос заставил мои плечи поникнуть. Недостатком дружбы, завязавшейся еще с младенчества, было понимание каждого произнесенного слова, каждой мелькнувшей эмоции на лицах друг друга. Мы знали слабые и сильные стороны друг друга и все наши потаенные страхи.

Хоть это и образ мышления Джонаса, но не такая уж и дурацкая идея, потому что, помимо своей неопытности, мне больше нечего было предложить.

– Наверняка никто не заставит тебя выйти замуж, – сказал Джонас, голос его был тяжелым от выпитого. – Но если пьяные ублюдки начнут вешаться на кого-нибудь из вас двоих, они исчезнут.

В прозвучавших словах слышался укор. Даже в стельку пьяный, даже почти на год младше меня, Джонас напоминал опекающего брата, который не очень-то хорошо относился к мужчинам, заглядывающимся на нас с Мирой только из-за положения.

Захмелевшая Мира обхватила шею Джонаса и прильнула к его щеке громким, влажным поцелуем.

– Знаешь, каким бы дураком ты ни был в большинстве случаев, одно из любимых сердец принадлежит тебе.

Он смахнул ее руку и снова опустился на песок, напевая жуткую песню моря, от которой у меня волосы дыбом вставали на руках, как от пугающего воспоминания.

– Человек ли он? Нет. Мы батрачим, гнием…

Я отвернулась и пошла прочь, а их песни, смех и пьяные оскорбления в адрес друг друга остались за спиной. Шаги мои были неуверенными, поэтому, добравшись до кромки воды, я осторожно устроилась на выступе толстого камня, чтобы понаблюдать за солнцем, уходящим в черное море.

Через некоторое время рядом со мной присел Алексий.

– О чем задумалась?

Вздохнув, я опустила голову ему на плечо.

– О многом.

– Ну, мои два уха готовы слушать.

– Я не знаю, Алек. Что-то не так. Вся эта болтовня о клятвах и женихах. Кажется, что иду по кругу, а не живу по-настоящему.

– Что ты имеешь в виду? Ты наследница Ночного народа.

– Да, потому что я рождена для этого. Я сражалась с тобой и дядей Тором, но чему я научилась, кроме владения клинком? Почти не использую свой хаос. Я не… ну, я даже не пытался знакомиться с людьми, кроме вас четверых.

– Ты говоришь о мужчинах?

Мое лицо вспыхнуло от волнения.

– Вот смотрю я на тебя, такого красивого, в своем новом гамбезоне, и понимаю, что никогда не стремилась к чему-то большему, лишь подстраивалась под желания других. Даже Рорик мечтает обрести нечто иное, чем ему положено по праву рождения, а ведь ему еще только девять, и он ведет себя как настоящий безумец.

Алексий усмехнулся.

– Тогда будь безрассудной, Лив. На этом празднике забудь о приличиях, забудь о преследуемых тревогах. Знаю, знаю, мне легко говорить. Но, возможно, это твоя интуиция подсказывает, что нужно быть смелее. Чуть дерзкой.