Книга Взлом проклятья, или Любовь без повода, страница 30 – Катерина Ежевика

Я тоже ощущала жуткую неловкость от происходящего, хотя на меня никто даже не смотрел. Может, только магистры украдкой, да парни разок бросили взгляд и больше в мою сторону не смотрели. А потом Страж повернул голову в мою сторону и появилось ощущение, словно он в душу заглянул. Я почувствовала нервные мурашки на спине.

В какой-то момент его взгляд стал извиняющимся, но он сразу перевел внимание на близнецов. Дальше парни отвечали слаженно, отвернувшись друг от друга, но будто единый организм.

— Несмотря на отказ к более близкому знакомству, вы продолжали настаивать?

— Да.

— Алена просила вас прекратить? Она оказывала сопротивление?

— Да.

— Но вас это не остановило?

— Нет.

— Ранее вы насиловали женщин?

— Да.

— У кого-то из присутствующих есть вопросы к обвиняемым?

Один из незнакомых магистров подался вперед и спросил:

— Вы раскаиваетесьв содеянном?

Парни молчали, но их поторопили магией. Я видела, как они вздрогнули, и потухающие искорки у пятых точек близнецов.

— Нет, — прозвучало нервно.

Магистр, получивший ответ, вновь откинулся на спинку кресла и кивнул Стражу, что тот может продолжать.

— Преступление адептов Даша и Риша Игорских доказано. Всем участникам суда известны детали нападения с целью насилия, над присутствующей здесь адепткой женского пола. Мы не будем озвучивать все детали. Магия и честь велит беречь женскую психику, а потому хочу напомнить обвиняемым.

Сказав это, Страж сел ровнее и сложил руки на подлокотники, а корпусом подался вперед. Теперь его голос звучал жестко, холодно, безапелляционно:

— Суду академии неважно, что преступление не было совершено, а лишь намеревалось. В своих умах преступники прокрутили намерение. Зная, насколько сильный вред они желают нанести, будущие маги не отступили от задуманного, а потому наказание они получат по всей строгости совершенного преступления.

Страж сделал паузу, которая показалась мне вечностью.

— Приговор вынесен. Амарет Ош, являющийся энергетическим вампиром с пятым уровнем магического дара, стал свидетелем бесчестного поведения адептов, остановил их и просил разрешения лично привести наказание во исполнение.

Вампир, привычно закутанный в плащ, стремительно подошел к парням, встал к ним лицом, но не нарушил границы алых линий.

— Вы приговариваетесь к пятидесяти годам кормления четырех вампиров без эмоционального выгорания, — заговорил вампир негромко, но я невольно поежилась: к такому скрежету привыкнуть невозможно. — Немедленно после выхода из пентаграммы, приговариваетесь к выпиванию мной всех эмоций до легкой апатии. Магией будет наложен запрет на причинение вреда себе, друг другу и любому существу слабее вас двоих вместе взятых, если не требуется защита Алены Морозовой. А также вы приговариваетесь на весь срок обучения Алены Морозовой в любой академии всех миров быть ее тенями. Охранять и беречь. В случае опасности немедленно перенестись к ней из любого места во вселенной, чтобы сохранить жизнь и здоровье адептки, даже ценой собственных жизней. А также на вас налагается обязанность обучить Алену самообороне. Бережно, но качественно.

Он замолчал, близнецы побледнели, а у меня перед глазами за несколькосекунд пронеслись события до ужина, наш разговор о вампиризме.

Мы тогда свернули с основной дорожки, направляясь к озеру, и пошли по более узкой, но не менее извилистой и ветвистой тропе. Вампир воспринимался чем-то инородным в окружающей пестроте парка, да и самой хотелось переодеться в светлые шорты и белую майку, надоели пятьдесят оттенков черного в окружающем пространстве. Конечно, парк и витражи разбавляли мрачность замка, но все же росла потребность в светлых стенах в его башнях. Но возможно, я просто не привыкла.