Книга Магнит для ангелов, страница 53 – Тимофей Решетов

– Хорошо, – обреченно согласился Сева. Все его существо колебалось, хотя где-то в глубине он чувствовал глубокую правоту своего нового знакомого. Необходимость опять включать систему безопасности сейчас казалась для него тягостна, и ему пришлось сделать над собой усилие. Впервые в жизни он вдруг начал понимать, что система личной безопасности жестко обуславливает его, что она вовсе не служит для его защиты, а, наоборот, нужна лишь для того, чтобы осуществлять постоянный контроль за всеми его действиями. Это состояние полнейшей прозрачности его личной жизни вдруг сделалось ему ненавистно.

Олег как будто бы знал все, что происходило в эти мгновения в Севиной душе. Он вздохнул и одобрительно похлопал Севу по плечу.

– Ничего, – подбадривал он, – выход обязательно должен быть. Теперь нас двое. Значит, все это – не случайно. Вдвоем уже не так страшно. Ну…

Олег пошарил в кармане спецкостюма, прислушался и буквально изменился в лице. Он снова стал деловитым ученым и, важно поправив очки на носу, значительно посмотрел на Севу. Сева вздохнул и тоже включил спецкостюм. На этом они без дальнейших слов, молча пожав друг другу руки, разошлись.

Сева поплелся к себе домой. Все, происшедшее за этот день, буквально переполнило его впечатлениями, мысли скакали от одного эпизода к другому в попытке восстановить нарушенную непрерывность всей последовательности событий. Однако Сева был слишком изнурен, чтобы чрезмерно усердствовать сейчас в этом внутреннем поиске.

Поднявшись в свой уютный жилблок на двадцать шестом этаже, он молча разделся и безо всяких вечерних процедур плюхнулся на свою большую кровать. Приятный домашний комфорт тут же поглотил всю его усталость, и Сева моментально провалился в какой-то зыбкий полусон. Детали обстановки его жилблока постепенно размывались, превращаясь в замысловатые картины неведомых и странных интерьеров, и только какой-то голос все время твердил ему в ухо: «Свобода – величайшее счастье, свобода – высочайшее достижение, человек – свободное существо…»

Когда утром сработала система пробуждения и Сева резко и неожиданно проснулся, он поначалу даже весьма удивился, увидев вокруг знакомый интерьер своего собственного жилища. У него почему-то возникло ощущение, что сон его был бесконечно долгим: происходившие во сне события были настолько интенсивны и разнообразны, что ему показалось, что прошли годы, если не десятилетия, с тех пор, как он последний раз лег спать. Впрочем, пробуждение его было столь стремительным, что все детали сна остались там, за гранью, и всякое воспоминание о них начисто исчезло в тот самый миг, когда Сева, липкий от пота и с пересохшим горлом, открыл глаза.

На всякий случай он первым делом посмотрел на хозмонитор, чтобы удостовериться в том, действительно ли он лег спать вчера. Некоторое время потребовалось ему для того, чтобы вспомнить, какой именно день был вчера. В конце концов все вроде бы сошлось, и он не без труда уселся на кровати и, все еще не очень доверяя окружавшей его обстановке, осмотрелся по сторонам. Сделав достаточно мощное усилие, он, наконец, поднял свое тело и отправил его на помывку и утренние процедуры.

«Ну и ну, – размышлял Сева, задумчиво переключая температуру воды в душе от холодной на горячую и обратно, – что-то крепко меня вчера накрыло… что же это было?»