Онлайн книга «Магнит для ангелов»
|
– Бро-осьте, Севастяьн Павлович. Вы-ы же уже прекрасно все понимаете. Вы-ы же у-уже все поняли еще у Николая Александровича. К чему все эти истерики, прошу вас… – Фридрих встал и прошелся по беседке. Генрих тоже встал, и они некоторое время молча смотрели друг на друга. Сева тоже встал. Он вышел из беседки и принялся прохаживаться по гаревым дорожкам оранжереи, потягиваясь всем телом. В самой глубине его души вдруг пробудилось странное чувство протеста. Он интуитивно понимал, что имели в виду Фридрих и Генрих. С самого детства он чувствовал какой-то странный, необъяснимый подлог во всем, что его окружало, но научился как-то мириться с этим, не замечать, соглашаясь со всем миром. Он вдруг вспомнил, что еще ребенком он часто испытывал непонятную обиду, сталкиваясь с необходимостью соответствовать каким-то нелепым правилам поведения, которым его учили в начальной, а потом и в средней школе. Волна подавленных когда-то переживаний вдруг полностью захлестнула Севу, перед глазами проносились сцены из жизни, оставляя в сердце чувство боли и горечи. Он вернулся в беседку и уселся на скамью. Странный комок подкатил к горлу. Сева изо всех сил пытался успокоиться и заглушить этот вихрь чувств, он глубоко дышал, закрыв глаза руками. Наконец внутреннее напряжение сменилось чувством усталости, и весь груз прошлого отступил, оставив Севу наедине с самим собой. Он поднял голову и огляделся. Близнецы стояли по обе стороны от Севы и пристально за ним наблюдали. – На прощание, Севастьян Павлович, мы бы хотели сообщить вам вот что, – скрестив руки на груди, сообщил Генрих. – Наше Братство – это совсем иная действительность, которая не имеет ничего общего с вашим так называемым обществом. Здесь царят иные законы, и все это находится в совсем иных пространствах, как вы теперь, наверное, и сами понимаете. Но у нас есть много приверженцев, которые, подобно вам, живут и действуют в том, вашем мире. Со временем вы научитесь узнавать их среди прочих людей. Вы же сами выбрали этот путь, и мы… – …Мы только напомнили вам об этом вашем выборе. Теперь все дело за вами. Если воля ваша действительно стремится стать свободной, ничто не сможет вас удержать. В противном же случае вы разделите судьбу всех тех, кто предпочитает отказаться от собственной свободы ради химерического блеска призрачного бытия, ради пошлой и скучной суеты, которую они называют жизнью… А сейчас – идите. Михеич проводит вас. – Тут Фридрих кивнул головой, и Сева оглянулся. Позади него стоял Михеич, держа в руках Севин спецкостюм. Попрощавшись и пожав протянутые ему руки, Сева вздохнул с облегчением, но в то же время и с легкой грустью и поплелся за Михеичем в глубь оранжереи. Открыв стеклянную дверь, Михеич, как всегда, вежливо пропустил Севу вперед и сам прошел следом. На этот раз они оказались в небольшой тесной кабине с кнопками на стене. Михеич нажал одну из них, и кабина, поскрипывая, поехала вверх. Когда она остановилась, Михеич подал спецкостюм Севе, и тот покорно просунул руки в рукава. Он был совершенно чист, и никаких следов от «ленты» на нем не было видно. Дверь перед ним открылась, и он вышел на заснеженный переулок. Вокруг было темно и холодно, дул морозный ветерок. Пока Сева уютно закутывался в свое пальто и нахлобучивал капюшон, дверь за ним закрылась. Он стоял посреди переулка неподалеку от Площади спасения. Затем, не оборачиваясь, полумеханически двинулся в сторону бульвара. Он машинально погладил свой спецкостюм в том месте, где находился финансовый датчик, и вдруг с изумлением осознал, что впервые в жизни факт наличия денег не вызывает в нем былого ощущения трепета и счастья… |