Книга Магнит для ангелов, страница 198 – Тимофей Решетов

– Вот именно! – глаза Севы загорелись ярче. – Можно признать умозрительно, вирутально. Но чтобы вот именно практически, в реальности… Но это ведь также означает, что истину может познать любой, достаточно лишь взглянуть на нее вот таким вот образом, – тут Сева снова перевел взгляд на руки.

– Конечно, собственно, об этом тоже ведь и в книгах пишут… некоторых. То есть что путь к истине всегда открыт. Но должны же быть какие-то ступени, не может же это все вот так сразу взять и произойти с человеком.

– По-моему, может быть по-разному: и так, и так, и еще как-нибудь совсем иначе. Разве в этом дело? Путь к истине прям и короток. Потому что истина эта содержится в самой нашей природе. Истина – это суть всего, основа жизни, основа всякого бытия. А уход от истины в конечном счете все равно приводит к осознанию истины. Уход от истины – это шанс сомневающимся удостовериться на собственном опыте, что сомнения их лишены основания.

– Да уж, безграничны возможности Абсолюта, – поддержал Севу Миша.

– Слово «возможности» в этом контексте не имеет смысла. Ведь истина уже в том, что является возможностью наличия безграничных возможностей. Безграничность – это, кстати, не самый точный масштаб. Потому что истина превосходит сам принцип деления, то есть само наличие границы. Истина – она настолько очевидна, что вообще ничего сказать о ней невозможно, не исказив.

– Ну, допустим, – в голосе Миши засверкали саркастические нотки, – но как все это можно использовать практически?

– Что значит практически? – не понял Сева. Он оторвался от созерцания истины в собственных ладонях и отрешенно взглянул на Мишу. Судя по глазам, он в этот момент был где-то глубоко-глубоко. Несколько секунд он фокусировал взгляд на остолбеневшем Мише и наконец изрек: – Ты хочешь сказать, что ты хочешь воспользоваться знанием истины для достижения каких-то целей? Да ведь это все глупости. Истина настолько очевидна, что никакие твои личные цели не могут осуществиться за ее счет. Это тебе могут предъявить счет, потом, впоследствии, когда-нибудь. А ты… Ты и так живешь в долг у истины. Что ты еще хочешь получить?

– Нет, нет, – замотал головой Миша, – я совсем не об этом. Я хочу сказать, что ведь знание истины может принести пользу людям. Всем на свете людям. Это же так здорово!

– Тех, кого ты называешь людьми, истина на самом деле не интересует. Каждый, кто стремится к истине, обязательно ее обретает. Правда, иногда с задержкой, не с первой попытки.

– Перестань, – вдруг разозлился Миша и тут же сам испугался собственного выступления, – то есть извини… – поправился он и глубоко вздохнул, – того, о чем ты говоришь, – невозможно вынести. Это очень тяжело, это просто невыносимо.

– Практически невозможно, – закивал Сева и снова посмотрел себе на руки. – Вот о том-то я и говорю. Каждый, кто хочет узнать, может узнать, тут ведь нет тайны никакой. В смысле укрывательства какого-то. Конечно, существует иерархия – но это все относится уже к структурам, как ты говоришь, «использования» истины. Но только истина в форме не-истины – все равно тоже истина. И даже если ты станешь утверждать, что есть сферы бытия, где истины не существует, с тобой нельзя будет согласиться. Потому что это не так. Вопрос весь в том, видим мы ее – или отворачиваемся и не хотим видеть.