Книга Обречена быть счастливой, страница 70 – Кира Фелис

Федор уже бежал к карете. Он быстро сориентировался и рванул наперерез лошади, которая с испуга тащила карету всё дальше. Несколько мужиков спешили к нему на помощь.

Никто сильно не пострадал, только баронессы не было видно.

Константин Львович

Как только все закончилось, начал искать Киру. С беспокойством и нарастающим напряжением, оглядывался и никак не мог ее найти. Когда заметил бурую лошадь, которая спокойно стояла на краю поляны, стало совсем страшно. Чем больше проходило времени, тем страшнее становилось. Вся открытая местность хорошо просматривалась, взгляд скользил по траве и не находил девушку. Единственное место, которое нельзя было сразу рассмотреть — это обрыв. Берег реки не был ровным, а шёл, как быскладками.

— Кираааа!! — орал во все горло.

— Осмотри берег, последний раз я видел её у обрыва — прокричал Леонид, помогая Федору вызволить из кареты растрёпанную, но невредимую экономку.

— Кирааааа!!!! — орал так, громко, как только мог.

Женщина, которая владела всеми моими мыслями в последнее время, пропала. Я же обещал ей защиту!

— Костя, помоги, я больше не могу — тихо, едва различимо, раздалось откуда-то со стороны берега.

Дернулся на звук. Луч надежды пробился в сознание. В одно мгновение оказался на краю берега и, заглянув вниз, увидел ее. Кира висела над пропастью, обеими руками держась за толстый корень. Силы у нее были на исходе.

* * *

Когда началась заварушка, лошадь, испугавшись громких звуков, встала на дыбы, начала разворачиваться и скинула меня, а я не смогла удержаться и полетела прямо с обрыва, хватаясь руками за всё что пролетало мимо. Так я оказалась над обрывом, держась за толстый древесный корень. С трудом удерживала себя, вцепившись в дерево. Сил подтянуться и вытянуть себя наверх не было. Через короткое время с отчаяньем почувствовала, что кожа на руках начала гореть. Корень стал выскальзывать и выворачиваться, как живой. Боль была мучительной. Я медленно соскальзывала. Корень покрывался моей кровью. Еще немного и полечу вниз.

Когда над обрывом появилась голова барона, сил уже не было, и я держалась только на упрямстве, понимая, что если расцеплю руки, то скорее всего погибну — во-первых, лететь высоко, а во-вторых, внизу острые камни.

— Помоги. Я больше не могу — прохрипела я, пытаясь найти крупицы силы.

Закусила губу от отчаянья и, из последних сил держась, наблюдала, как он делает попытки добраться до меня.

Он успел как раз вовремя, корень хрустнул и надломился.

— Держись за меня! — а сам уже успел поймать меня за запястье.

Я с трудом расцепила занемевшие руки и ухватилась за мужчину. Он даже не охнул. Пока он вытаскивал меня наверх, разглядывала его волосы, прилипшие к шее.

— Кира, у тебя кровь!

Он уставился на мои ладони. В нескольких местах кожа была полностью снята.

Подняв на руки, он перенес меня подальше от обрыва. Я лежала на земле, раскинув руки, и смотрела на темнеющее небо. От облегчения, что всё закончилось, из глаз безостановочно текли слёзы.

— Сейчас обработаю твои руки— сказал барон и быстрым шагом направился к сумке, которая была привязана к седлу его лошади.

Первой ко мне подбежала Агриппина Федоровна. Всегда идеальная прическа, сейчас была в беспорядке, а в глазах смесь отчаянья и печали. Так же, как и у меня, её лицо было сырое от пролитых слёз.